Эрика Ланн поправила воротник форменного костюма и сверилась с данными на планшете. Имя новой переселенки мерцало голубым светом: Ида Корелл, 34 года, адаптационный код A-7219. Никакой другой информации, как всегда. Впрочем, Эрике и не требовалось знать больше — ее задача заключалась в том, чтобы довести процесс до конца, а не копаться в прошлом, которого у переселенцев больше не существовало.
Стеклянные двери Адаптационного департамента бесшумно разъехались, выпуская их в серое утро. Эрика привычно взглянула на небо — облака над Колонией набухали влагой, готовые разразиться грозой. Здесь, на этой новой планете, природа была реальной, не как в Основе. Она являлась действующим лицом, силой, с которой приходилось считаться. А выстроенный город, чистый и упорядоченный, замер посреди этой дикой реальности.
— Пойдемте, — произнесла Эрика, слегка коснувшись локтя женщины. — Ваш дом находится в Секторе Е. Это недалеко.
Ида Корелл кивнула. Ее движения были неуверенными, словно она заново училась управлять собственным телом. Так всегда бывало после процедуры — мозг, лишенный воспоминаний, какое-то время привыкал к телу, которое теоретически видел впервые. Эрика наблюдала это уже много раз, но все равно находила завораживающим то, как по-разному люди адаптировались к своему новому состоянию.
Они шли по широкому проспекту, обрамленному одинаковыми деревьями. Эрика украдкой наблюдала за своей подопечной. Среднего роста, каштановые волосы, аккуратно подстриженные по обновленному протоколу, глаза — карие, с необычным золотистым отливом. Ида двигалась осторожно, но в ее походке уже проглядывала какая-то внутренняя решимость. Интересно, за что ее приговорили к переселению? Возможно, экономические преступления — у нее тонкие пальцы, привыкшие к точной работе. Или, может быть…
Эрика мысленно одернула себя. Размышлять о прошлом переселенцев было не просто непрофессионально — это противоречило самой философии Программы. Прошлого больше не существовало. Была только новая жизнь, второй шанс. Так говорилось в брошюрах, которые Эрика вручала каждому новичку.
— Мы почти пришли, — сказала она, указывая на ряд аккуратных двухэтажных домов, выстроившихся вдоль идеально ровной улицы. — Вон тот, с синей дверью — ваш.
Ида остановилась, разглядывая свое новое жилище. Ее лицо, как и у большинства переселенцев, оставалось нейтральным — сложно испытывать ностальгию или отвращение, когда у тебя нет точки сравнения.
— Он… милый, — произнесла она, и Эрика отметила легкую хрипотцу в ее голосе.
