Эйлис
— Не смей меня опозорить! — отец грубо дёргает меня за руку. Я всхлипываю и опасно качаюсь на высоких каблуках, которые надела только в третий раз.
— Пап… Давай откажемся, а?
— Не строй из себя невинность. Стало быть, семейное у вас, подстилками для двуликих быть, раз и брат твой мелкий — волком оказался. Хоть деньгами семье поможешь.
— Это ошибка, — стираю слёзы со щеки. — Ты же знаешь, луна иногда отмечает людей, поэтому Кай такой. А меня обратят насильно, так хуже. Не отдавай, папочка…
— Лорд пришёл за тобой. И я намерен использовать это по полной программе. Так что прекрати реветь, смажешь макияж. И радуйся, что от тебя хоть какая-то польза!
И, не дав мне возразить, он набрасывает на лицо белую фату.
Коридор оказывается на удивление коротким. Мои ресницы не успели высохнуть от слёз, так что я даже рада белой ткани, прячущей лицо. Отец сжимает мою руку сильнее, будто опасаясь, что я рискну убежать, и втаскивает в огромный, украшенный белыми цветами зал.
Боюсь смотреть по сторонам, так что опускаю взгляд на жемчужный ковёр. Мне было бы жалко стелить на пол такую красоту.
Нужно пройти мимо украшенных лентами скамеек к алтарю, где должен ждать лорд. Вокруг двуликие. Я знаю только, что им нельзя смотреть в глаза. Это всё равно что бросить вызов, а человеку не победить зверя. Тем более мне. Голова начинает кружиться.
Проходя мимо рядов, замечаю младшего братика. Только из-за него я всё ещё здесь.
Ему всего пять. Родные голубые глаза смотрят со страхом и непониманием. В прошлое полнолуние его коснулось проклятие, и он впервые обернулся, перепугав весь дом. Я боялась, папа убьёт его, но самое страшное ждало впереди.
Кай сидит с каким-то мужчиной угрожающего вида. Лишнее напоминание — не получим влиятельного покровителя, брата просто убьют. Никому не нужен безродный двуликий. Вдруг вырастет и станет сильным зверем и попытается отвоевать себе землю?
Если хочу, чтоб братишка жил — обязана выйти замуж за лорда Альварина. Он хозяин провинции, в которой мы живём, самый сильный из двуликих края и очень опасен. Если Кай станет частью его семьи, то выживет.
Как бы медленно я ни шла, в конце концов передо мной возникает ступенька. Отец толкает вперёд, и я едва не падаю, запутавшись в подоле платья. Делаю лишний шаг и повисаю на невесть откуда взявшемся предплечье.
Выровнявшись, медленно скольжу взглядом по расшитому золотыми нитями рукаву. В районе плеча плотная ткань выглядит натянутой, поэтому видно развитые мышцы. Грудь поймавшего меня мужчины широченная. Кажется, что если я подойду ближе, то смогу закрыть её только наполовину. Несмотря на торжественность, ворот его рубашки расстёгнут сильнее положенного.
