– Долго она в таком состоянии пробудет? – слышу напряженный голос Ариссы. Она появляется в поле моего зрения, и я сразу отмечаю ее поджатые губы, нервную позу и явное сомнение во взгляде. Мачеха нервничает и чего-то боится.
– Около суток, – отвечает ей спокойный мужской голос. – Не волнуйтесь. Это зелье абсолютно безопасно.
Я все слышу и понимаю, но ничего не чувствую. Ни эмоционально, ни физически. Нет ни боли, ни страха, ни радости, ни беспокойства. Я даже говорить не могу. А может, не хочу. Я даже не испытываю желания это проверить. Сижу на краешке софы, мирно сложив руки на груди.
Как только Барри вынес меня из портала на своем плече, мне в лицо прыснули какой-то жидкостью.
«Раз не вышло задушить, решили утопить» – мелькнула первая мысль, а затем все чувства исчезли. Остались лишь голые сухие мысли, не приправленные даже каплей живых человеческих эмоций. Я стала куклой, будто меня лишили души. Одно лишь тело, которое все слышит и понимает, но не имеет воли отреагировать на происходящее.
– Мне плевать на ее безопасность! – шипит Арисса, словно кошка. – Она говорила, что у нее есть любовник. Не будет ли он искать ее? Мне не нужны проблемы с законом!
– Пусть ищет – всё равно не найдет, – ее собеседник усмехнулся. Немолодой мужчина возрастом за сорок лет. Красивым его не назовешь никак: лицо неприятное, рыхлое и отталкивающее. – Вы сделали все, о чем мы с вами договаривались. Вот документы на банковскую ячейку, – на моих глазах он протянул Ариссе какую-то бумагу.
– Сколько в ней денег? – недоверчиво интересуется мачеха.
– Вам хватит, поверьте, – на лице ее собеседника появилась хищная улыбка. Только сейчас я отстраненно отметила, какой большой рот у этого человека. Если бы я могла чувствовать, думаю, что его вид напугал бы меня.
– Что ж, благодарю вас, – произнесла Арисса равнодушным деловым тоном, не отрывая взгляда от бумаги. – Проблем точно не будет?
– Не переживайте. Никто ничего не узнает. Я подчистил память тому противному старикашке из лазарета, а больше вас никто и не видел.
– Отлично, – Арисса чуть расслабилась. – Тогда мы уходим.
– Вы даже не останетесь на церемонию? – спросил мужчина с притворной заботой.
– Нет, – уверенно покачала головой Арисса. – Более я никак не связана с этой особой, – неприязненный кивок в мою сторону. – Судьба этой девушки отныне в ваших руках, уважаемый, – бросила она безразлично, будто продала надоевшую зверушку.
– Что ж, не смею вас задерживать, – холодная улыбка появилась на губах этого странного мужчины.
Моя мачеха не стала расшаркиваться и, взяв сына под руку, покинула комнату. Я осталась наедине с незнакомым мужчиной. Мелькнула бесцветная мысль, что что-то здесь не так, но за ней ничего не последовало. Я даже не шелохнулась.
