Жатва
Ночь пришла без предупреждения, но не так, как обычно – не постепенно, не с закатом. Она свалилась, будто тяжёлый занавес, отсекая последние лучи солнца, которые ещё цеплялись за крыши и верхушки деревьев.
В деревне на тракте между Эладасом и северными рубежами ещё горели огни – люди заканчивали дневные дела, кормили скот, ругались из-за мелочей: кто недоплатил за зерно, чья собака загнала чужую курицу, кому сегодня мыть общий колодец. Обычная жизнь, шумная и уставшая.
Никто не заметил, как тьма стала гуще. Не темнее – тяжелее. Воздух будто налился свинцом, и даже звуки – смех, лай, скрип телег – стали приглушёнными, словно их поглощала сама ночь.
Первый крик раздался у амбара.
Он был коротким. Оборванным.
Потом – второй. Уже с хрипом, сдавленным, будто горло пережали рукой.
Когда староста Гарольд выбежал на улицу с фонарём, он увидел, как двое мужчин в серых плащах тащат его соседа, кузнеца Ларса, по земле. Тот упирался, царапал грязь ногтями, пытался закричать – но рот ему уже заливали чем-то вязким, пахнущим железом и гнилью. Жидкость блестела в свете фонаря, словно живая.
– Что вы творите?! – заорал Гарольд, поднимая дубинку, которую всегда носил с собой.
Ему ответили улыбкой.
Не безумной.
Спокойной. Уверенной. Будто они не грабили и не убивали, а выполняли работу.
– Не мешай, – сказал один из них. Голос был ровным, без злобы. – Это нужно.
С площади донёсся новый крик. Женский. Потом детский, пронзительный, режущий слух.
Паника вспыхнула мгновенно. Люди побежали – кто к домам, кто к колодцу, кто в поле. Но бежать было некуда. Из тени выходили новые фигуры. Их было немного – может, десять, может, меньше. Но они двигались уверенно, как те, кто точно знает, что делает. Никакой спешки. Никакой ярости. Только методичность.
На площади уже стояла сфера.
Небольшая, тёмная, установленная на грубо сколоченном треноге. Она не светилась. Не гудела. Но рядом с ней было холодно, как в склепе. Воздух вокруг словно сжимался, мешая дышать. Те, кто случайно приближался, начинали задыхаться, хватаясь за горло.
– Быстрее, – произнёс кто-то из культистов. – Страх уходит.
– Он не уйдёт, – ответил другой. – Мы поможем.
Гарольд увидел, как к сфере приволокли его внучку, Кларау.
Она плакала. Кричала его имя, тянула к нему руки.
Он попытался шагнуть вперёд – и тут же упал, получив удар по коленям. Боль пронзила старые кости, и мир поплыл.
– Смотри, – сказал человек в плаще, склоняясь к нему. – Так правильно.
Девочку поставили на колени. Кто-то прошептал слова – не молитву, не заклинание, а указание, как ломать. Лезвие медленно коснулось кожи. Не смертельно. Пока.
