Пациент 09-4417 начал умирать в четверг, между тремя и четырьмя часами ночи, и Ра Чэнь наблюдала за этим с расстояния в четырнадцать километров, сидя в лаборатории перед тремя мониторами, на которых его мозг медленно переставал быть собой.
Формально он не умирал. Формально – рефрактерный эпилептический статус, третья серия за неделю, бензодиазепины больше не держат, и резидент в Хуашаньском госпитале сейчас, вероятно, набирает тиопентал, потому что ничего другого не остаётся. Формально Ра Чэнь не наблюдала, а мониторировала – разница, за которую можно спрятаться, если знаешь, как складывать слова, чтобы они не кровоточили.
Она знала.
На экране слева – электроэнцефалограмма в реальном времени, двадцать один канал, каждый со своей линией жизни. Тета-волны давно перехлестнули в высокоамплитудные спайк-волновые комплексы: резкие пики, за ними – округлые провалы, и снова пики, как зубья пилы, которой пилят изнутри. Три герца. Классическая генерализованная активность, и Ра даже не смотрела на обозначения каналов, чтобы понять, что фокус – в левой височной доле: она видела это по микрозадержке между F7 и T3, по тому, как волна сначала поднималась на фронтальных электродах и лишь через тридцать миллисекунд – на теменных, распространяясь, как круги по воде, если бросить камень в серое вещество.
Правый экран – спектрограмма. Частотное разложение мощности, цветовая карта: синий – покой, зелёный – настороженность, жёлтый – беспокойство, красный – шторм. Экран был красным. Не целиком: по левому краю, на частотах ниже двух герц, оставалась полоска холодного синего – дельта-активность, глубокий сон или кома, сейчас не отличишь. Мозг пациента 09-4417 одновременно спал и горел, и в этом не было противоречия. Так работает эпилепсия: часть коры захвачена гиперсинхронным разрядом, остальное – подавлено, оглушено, тормозные нейроны пытаются удержать периметр и проигрывают.
Ра потянулась к чашке. Кофе остыл часа два назад и превратился в коричневую жидкость с привкусом жжёной резины – автомат на третьем этаже института давно требовал чистки, но техник приходил только по вторникам, а сегодня была среда, вернее, уже четверг. Она сделала глоток, не поморщившись. Вкус – это информация, а информация без значения не требует реакции. Она научилась этому. Три года практики.
На центральном мониторе – её рабочий журнал. Английский текст, моноширинный шрифт, без форматирования:
Patient 09-4417. Status epilepticus, day 3. Refractory to first-line (lorazepam 4mg IV x3) and second-line (levetiracetam 60mg/kg, fosphenytoin 20mg PE/kg). Currently on midazolam infusion 0.4mg/kg/hr. EEG shows continuous 3Hz generalized spike-and-wave with left temporal onset. Recommend burst suppression protocol if no response within 2 hours.
