Юрий Бриль -автор многих произведений документальной и художественной прозы. Его творчество отмечено золотым дипломом в «Большом финале» и в других российских и международных конкурсах.
Был опыт, ему хорошо известно: заглядывать в мистику — занятие небезопасное, много лет писал о путешествиях, но вот случилось, опять заглянул – и мистика заглянула в него.
Понятно, нет ни демонов, ни бесов. Но это здесь, в России, иное дело — Гималаи. Непальцы воспринимают злых и добрых духов как соседей, с которыми надо считаться и как-то налаживать отношения, и раз наш герой там оказался, ему ничего не остается как жить по этим непривычным правилам. В другом сюжете он совершает экскурсию еще дальше, в самую глушь перуанской сельвы, а там действуют законы индейцев кечуа, сны и реальность — одно и то же, а время носит циклический характер, повторяется, течет как вперед, так и обратно.
Свои путешествия в иные туманности он изложил с пугающей достоверностью, иллюстрирующие текст фото и видео не оставляют сомнений: так все и было.
Ботинки уже болтались над пропастью, готовые к свободному
полету. Судорожно метнулся прочь от зияющего провала, сдуру крепко боднул
скалистую стенку — тотчас в голове прояснилось: карниз, где я устроился
ночевать, все-таки узковат, к тому же уклон…
Это была самая ровная площадка, которую я только мог найти
ночью, валясь от усталости. Идти дальше было опасно, меня уже вело под тяжестью
рюкзака, а тропа упрямо задиралась вверх и становилась все уже, норовя сойти на
нет.
Сел, прижавшись спиной к скале. Чуть приподнявшись над
Аннапурной, ярко и холодно светила луна, серебрился купол снежной вершины,
голубовато подсвечивались языки ледника, черные глухие склоны обрывались в
долину Марсъянди.
Меня трясло. Еще и от холода. Напялил на себя все, что было,
включая дождевик.
Судя по тому, что меня еще сопровождали кедры, я находился
на высоте не более четырех тысяч метров. Усеянная хвоинками земля покрылась
изморозью — ледяная горка, по сути, — ничто не мешает скатиться вниз. Хотя до
обрыва около метра, к тому же уклон не критичный. Ладно, полежу, понаблюдаю.
Где лег, ровно там и лежу — законы физики и здесь никто не отменял. Окутало
теплом, полезная вещь — дождевик, полиэтиленовая пленка, образуя прослойку
воздуха, хорошо греет.
Стоило только задремать — как вновь оказался на самом краю
карниза. Меня явно кто-то подталкивал!..
До рассвета таращил глаза, вглядывался в заросли
можжевельника, где сгущалась тьма, в пушистые лапы кедра — вот они качнулись
под луной при полном безветрии… Пытался разглядеть неведомое страшилище, что
так настойчиво покушалось на мою жизнь. И если бы увидел йети, я бы не сильно
удивился.
