Проклятая самой судьбой, обделенная милостью богов,земля Санберра продолжала корчиться в агонии бесконечных сражений на своих приграничных рубежах. Империя, задыхалась, агонировала истекала кровью но продолжала давать отпор. Кишащие пиратами западные берега. Выжженные солнцем восточные степи и Бескрайний океан южных песков таили в себе алчущих и ненасытных врагов. Забытый осколок некогда великой страны, окруженный кольцом ненависти, Санберра оставалась одним из немногих оплотов людей Старого Света — последним бастионом, где еще теплилась вера, не сломленная ужасом надвигающейся Тьмы.
Великая скорбь омрачила сердца подданных. Пол года назад Император пал на поле брани и тысячи верных сыновей Империи разделили его участь, оставив страну обескровленным трупом, брошенным на растерзание Отчаянию.
Мятежные бароны польстившись на коварные речи тёмных эмиссаров, чуть было не распахнули врата Бездны но в самый решающий момент были остановлены.
Там, где прокатилась черная волна вражьих полчищ, не осталось ничего, кроме выжженной, пропахшей гарью пустоши, оскверненной кровью еретиков и предателей. На этой мертвой земле отныне правили только Голод и Страх. Мародеры, отребье и сектанты, словно личинки червей, вгрызались в гниющую плоть Империи, раздирая ее изнутри в клочья. Настал Час Испытаний — время, когда ненависть стала единственным топливом, а злоба — последним прибежищем.
Боги действительно покинули этот мир, оставив его гнить во мраке обреченности и боли. А Санберра... Санберра все еще дышала. Хрипло, раздирая горло, выпуская в небо последний, ледяной пар. И в этом дыхании слышался не стон, а предсмертный хрип зверя, который перед тем, как испустить дух, еще способен перекусить глотку своему палачу.
Глава первая. Сытый кабан
Постоялый двор «Сытый кабан» стоял на перекрестке старой имперской дороги, между провинциями Тирнвола и Гертрама. В пору распутицы постояльцев было мало — дороги размыло дождями. Хозяина гостиницы это не слишком удручало: худо-бедно выручка имелась. Благодаря крестьянам из соседних деревень, что любили пропустить кружечку-другую пива в «Сытом кабане» за веселыми разговорами.
Сегодня в обеденном зале народу было негусто. Трое игроков в кости, увлеченные азартом, расположились за дальним столом. Слева от них, в темном углу, сидел одинокий путник, по всей видимости, дремавший — явно вымотанный долгой дорогой. Трактирщик экономил на свечах, и половина зала погрузилась во мрак. Порой у местных выпивох в пьяном угаре начинали пошаливать нервы: им чудилось, будто тени шевелятся сами по себе, рисуя жуткие образы в воспаленном сознании. Сквозь закопченные от табачного дыма окна едва проникал солнечный свет. Несмотря на полдень, на улице было хмуро и серо. Нещадно молотил дождь, небо затянуло низкими черными тучами.
