Глава 1. Город без мальчиков
Жара ударила первой. Не огонь – воздух. Плотный, липкий, почти осязаемый. Он навалился на грудь, как мокрое одеяло, пахнущее раскалённым металлом, тухлой водой и горелым пластиком.
Кайра открыла глаза.
Небо над ней было не небом, а перекрытием из ржавых мостков, кабелей и рекламных щитов, чьи чужие лица и чужие обещания мигали прямо в смог.
Она лежала на голом бетоне. Спина ныла, ладонь, наткнувшаяся на осколок бутылки, кровоточила тёмной, уже запёкшейся кровью. Не понять – своей или чужой.
Она попыталась подняться. Мир поехал в сторону. Где-то рядом кричал торговец: «ЖИВАЯ ВОДА! ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ!».
Кайра с усилием села. Переулок был узким, как щель. Стены в кислотных граффити и перечёркнутых логотипах корпораций.
Глаза привыкли к свету. Люди. Женщины с канистрами, девочки с пустыми бутылками, старики с серой кожей. И мужчины – старше пятидесяти, с протезами, с пустыми рукавами.
Она осознала это не сразу. Взгляд искал что-то другое. Подростков. Мальчишек. Их не было.
Ни одного.
Осознание ударило под рёбра. А следом пришла другая пустота – внутри головы. Стерильная, вычищенная до блеска.
Кто она?
Она провела ладонями по лицу – кожа, скулы, губы. Пальцы нащупали шрам у виска. Короткий, ровный, хирургический. Под кожей что-то отозвалось тупой болью.
Имя.
Она закрыла глаза, вцепилась в колени.
Пришёл не образ, а чувство. Холод. Резкий белый свет. Чей-то ровный, безэмоциональный голос: *«Субъект 3-К, подключение к сетевому кластеру»*.
Другой, мужской, встревоженный: «Она реагирует нестабильно. Повышение утилизационного риска».
Вспышка. Крик. Детский. Высокий, рвущий. Девочка с тёмными волосами, тонкая шея. Она стоит слишком близко к тому, куда направлены стволы.
Щёлк.
Картина развалилась, как бракованный файл.
Дыхание Кайры сбилось. Лоб покрылся холодным потом. Кто был этот ребёнок? Она?
Она встала, опираясь о стену. Сердце стучало в висках, прямо под шрамом.
«Субъект 3-К». Это слово звенело в голове набатом. Это было не просто воспоминание. Это было клеймо.
Она сделала шаг. Свет на вывеске слева мигнул. Раз, два – потом буквы поползли, сменили цвет, распались на квадраты.
Кайра инстинктивно отшатнулась.
И в этот момент, на доли секунды, на матовом стекле соседнего экрана, где крутилась реклама, проступили буквы:
K A I R A (Кайра)
Сердце ударило так сильно, что стало больно. Из носа тонкой струйкой потекла кровь. Кайра машинально вытерла её тыльной стороной ладони, даже не заметив. Кровь на тыльной стороне ладони выглядела чужой. Она уставилась на неё, пытаясь понять – это её? Чья? В голове мелькнула странная мысль:
