Хроники андроида товарища Жукова
Предисловие
От автора, который всё ещё не уверен, что это шутка.
Дорогой читатель.
Ты держишь в руках (или читаешь с экрана — наше время не разбирает носители) книгу, которая задумывалась как небольшая шалость. Пара глав про сумасшедшего андроида, штурмующего булочные с немецкими названиями. Но Жуков-2М, как любой уважающий себя маршал, вышел из-под контроля. Он потребовал продолжения. Он захотел пиццерию, универмаг, торговый центр, музей кружева и даже шницель по-дрезденски. Я не смог отказать. Потому что когда маршал (пусть даже андроид с периодически отваливающейся левой рукой) говорит «надо» — садишься и пишешь.
Эта книга — не биография Георгия Константиновича Жукова. Не панегирик. Не научное исследование на тему «мог ли клон советского полководца выиграть Вторую мировую, воюя шваброй». Это — хроники. Дневник безумия. Сборник рапортов с поля боя, где врагами стали не немецкие танки, а немецкие названия на вывесках.
Здесь будут лазерные швабры, пеногенераторы «Антифа-1», мозг Молотова в банке, который цитирует Женевскую конвенцию под технический спирт, клон Берии-извращенца с планшетом вместо совести, и сам Иосиф Виссарионович, который курит трубку и с усталым видом наблюдает, как его лучший маршал требует капитуляции от пиццерии «Мюнхен».
Гарри Гаррисон научил нас смеяться над космическими империями. Я смеюсь над собственными коммунистами. И над фашистами. И над бюрократами. И над собой, потому что я, как и Жуков-2М, иногда вижу врага там, где его нет. Разница лишь в том, что у меня нет швабры.
Если ты ищешь серьёзную альтернативную историю — закрой книгу. Если хочешь понять, почему настоящий Жуков после войны полюбил охоту, а не военные парады — это, возможно, ответ. А если просто хочешь почитать про роботов-уборщиков, которые строятся в шеренгу и кричат «Ура!» — тебе сюда.
Дмитрий Лебедь
Ганза-7, ангар номер 16, ящик из-под консервов
Год 2795 от Рождества Христова (или 2026-й — смотря в какую дверь ты вошёл)
Глава 1. Как я воскрес и сразу пожалел
Моё второе рождение произошло в подвале технического уровня R-7. Не в Кремле, не в Мавзолее, а вонючей мастерской, пропахшей машинным маслом, озоном и дешёвым контрабандным табаком, который курил Лавр-9. Я открыл глаза — точнее, мои оптические сенсоры перешли в рабочий режим, — и первое, что увидел, был клон Берии, склонившийся надо мной с отвёрткой.
— Ожил, — констатировал он. — Поздравляю, товарищ маршал. Вы — андроид.
Я попытался сесть. Получилось. Моё тело было металлическим, тяжёлым, но послушным. В груди гудел сервомотор. В затылке что-то щёлкало при каждом повороте головы.
