Глава 1. Алфавитный указатель пустоты
Телефонная будка на углу Сорок второй и Седьмой пахла мокрой медью, застарелым табаком и чьим-то вчерашним отчаянием. Стекло было разбито – аккуратная паутина трещин, в центре которой застряла капля дождя, похожая на чей-то невыплаканный глаз.
Я зашел внутрь не для того, чтобы звонить. В моем кармане не было монет, а в моей голове – номеров, которые стоило бы набирать. Я зашел, потому что я Кондуктор, а Кондукторы всегда ищут то, что люди забывают в спешке между «вчера» и «никогда».
На металлической полке лежал справочник. Старый, желтый, пухлый от имен, как перекормленный младенец. «Весь город от А до Я». Я открыл его посередине.
Мои пальцы, испачканные чернилами и дорожной пылью, заскользили по столбцам. Это мой ритуал. Каждый вечер я вычеркиваю тех, кого больше нет в моем автобусе.
Абрамов А. – вычеркнуть. Сердечный приступ.
Борисова С. – вычеркнуть. Уехала в другой город, где нет дождей.
Я листал страницы, пока не дошел до буквы «Б».
Если бы у Бога было имя, под каким бы индексом оно значилось? Был бы это «Бог, Творец»? Или просто «Бог, И.»? Может быть, Его имя звучало бы как короткий выдох, который мы издаем, когда роняем ключи в шахту лифта? Или как звук рвущейся струны?
Я представил, как набираю семь цифр.
Трр-трр… Трр-трр…
– Алло, Господи? Это тебя беспокоят из службы учета потерянных душ. У нас тут одиннадцатый маршрут снова выбился из графика, и тормоза визжат так, будто в них застрял грешник.
Смог бы я вообще произнести это имя, не сломав челюсть? Ведь если имя – это сосуд, то какого размера должна быть чаша, чтобы вместить океан? И если я назову Его по имени, не станет ли Он просто моим соседом? Парнем из квартиры 12, который вечно забывает вынести мусор и оставляет пустые бутылки на лестничной клетке?
Я смотрел на список имен на букву «Б».
Бах.
Белов.
Берг.
Между «Беловым» и «Бергом» была пустота. Крошечный типографский пробел. Белое поле, на котором осела пыль.
Я коснулся этого пробела пальцем. Он был холодным.
Говорят, Бог всемогущ. Говорят, Он всеблаг. Да, да, я слышал это от старух в черных платках, которые каждое утро едут на службу до конечной. Да, да, да-да-да. Три такта, как стук колес на стыках рельсов. Ритм, убаюкивающий совесть.
Но если у Него есть имя, значит, у Него есть и адрес. Значит, Его можно вызвать по повестке. Значит, Ему можно отправить счет за разбитые надежды и просроченные молитвы.
Я закрыл справочник. Звук был тяжелым, как хлопок крышки гроба.
