Глава 1. Аромат роз, вкус слёз
Джинна остановилась перед массивными дверями особняка. Сколько раз она так стояла здесь — с опущенной головой, с готовностью проглотить обиду, с улыбкой, приклеенной к лицу? Слишком много. В груди что‑то щёлкнуло, будто порвалась последняя нить терпения.
«Хватит», — Прошептала она одними губами. Больше она не позволит Генри диктовать ей, как жить, что чувствовать, о чём молчать. Пусть это приведёт к скандалу, к разрыву — но она наконец скажет правду.
Джинна была воплощением аристократической утончённости: длинные чёрные волосы струились по спине, обрамляя лицо с тонкими чертами, а изумрудные глаза, обычно мягкие и задумчивые, сегодня горели непривычной решимостью. Раньше она часто казалась хрупкой — словно фарфоровая статуэтка, — но сейчас в её осанке появилась несвойственная прежде твёрдость, а в движениях — уверенность, которой раньше не было.
У дверей её учтиво встретил камергер — седовласый мужчина с ветвистыми усами и глубокими морщинами. Взгляд его избегал её глаз.
— Леди Джинна, — произнёс он тихо, — у вас сегодня гости. Хозяин прибыл с маркизом Стивом Амстердом.
Джинна кивнула, сохраняя спокойствие. Она знала об этом визите, но тревога камергера заставила её насторожиться.
— Где они? — спросила она. — Я должна поприветствовать гостя, как подобает хозяйке.
Глубоко вздохнув, она направилась в комнату отдыха. Ещё издали доносились смех и громкие голоса — невозможно было понять, дружеская это беседа или ссора. С каждым шагом запах алкоголя становился сильнее. «Как всегда, когда приезжает маркиз», — подумала она.
По пути ей встретилась Эмми. Служанка, как всегда, склонила голову в почтительном поклоне.
— Госпожа, позвольте я помогу вам с плащом, — произнесла она с мягкой улыбкой, протягивая руки.
Джинна на мгновение замерла, удивлённая такой предупредительностью. В последнее время Эмми редко предлагала помощь без прямого приказа.
— Спасибо, Эмми, — ответила Джинна, передавая плащ. — Ты сегодня особенно внимательна.
— Просто хочу быть полезной, госпожа, — тихо ответила служанка, опуская глаза.
— О, Джина, ты вернулась, — бросил Генри, едва удостоив её взглядом, и снова повернулся к маркизу. Его губы тронула кривая усмешка, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику кресла — верный признак того, что он что‑то замышляет.
Герцог Генри — высокий, статный мужчина с густыми каштановыми волосами, зачёсанными назад. Его черты лица были правильными, почти классическими: прямой нос, чётко очерченные скулы, волевой подбородок. Но в глазах, холодных и пронзительных, читалась затаённая жестокость. Он выглядел безупречно — чёрный сюртук сидел идеально, манжеты украшали дорогие запонки, — но в каждом движении сквозила напряжённая агрессия, словно он готовился к удару.
