Служитель древнего культа, облаченный в белую мантию, стоял перед нами. Его морщинистое лицо было спокойным, наверняка он провел уже ни одну тысячу церемоний. Он служил древнему дракону Архону, и совсем не волновался, в отличии от меня.
В руках он держал два бокала с напитком, для меня и для Рейвина... моего Рейвина.
– Сегодня соединяются судьбы двоих прекрасных светлых драконов. Дочь герцога из рода Делмар выходит замуж.
Я сжала пальцы Рейвена. Он сжал мои в ответ. И улыбнулся — той самой мальчишеской озорной улыбкой, к которой я привыкла с детства. На какой-то миг мне показалось, что он сейчас задорно подмигнет и предложит сбежать.
Мой Рейвин. Моя первая детская любовь, которая переросла в самую настоящую первую любовь.
Он красив. Высокий, широкоплечий. Светлые волосы чуть вьющиеся у висков, подстрижены коротко. Глаза — серо-зелёные, с тёмной каймой, будто их обвели тушью. На щеке — маленький шрам от детской драки (мы дрались за последний кусок яблочного пирога — я проиграла и ранила его, но он всё равно отдал мне пирог).
Рейвен... Не важно, что ты вовсе не знатного рода. Важно, что теперь ты станешь моим мужем.
Как мы и хотели с самого детства.
— Пора испить, – промолвил служитель культа Архона и протянул нам бокалы.
Мы выпили. Странный вкус. Никогда не пила подобный напиток. Отец говорил, что это особый нектар и его рецепт знают только архоновцы. Его полагается пить лишь на свадьбе.
Сейчас нас спросят, являемся ли мы истинной парой, а потом объявят мужем и женой.
Я дрожала.
От волнения и страха, что может что-то случиться в самую последнюю минуту, и мы не сможем жениться.
Не знаю что, просто было предчувствие.
Мы стояли босиком на каменной плите — круглой, гладкой, тёплой от солнца во внутреннем дворе замка.
Обычно светлые драконы женятся где-то на природе, на красивых горных утесах, или же на побережье моря, или на лесных полянах. Но мы решили провести церемонию в нашем замке. Не знаю почему, но отец настаивал на этом. Я согласилась.
Никаких гостей из других земель. Только свои, из нашего герцогства. Драконы и люди. И никого приглашенного из чужих земель.
А может, отец немного смущался, что выдает меня не за наследника знатного рода.
Над головами — арка из живых веток. Их лепестки пахли полынью и мёдом — так пахло детство, когда мы прятались в саду и думали, что мир состоит только из этих стен.
Мне не нужны были гости или пышная церемония, мне просто хотелось быть счастливой.
Волосы я собрала в низкий узел, но оставила одну прядь свободной — ту, что Рейвен всегда закидывал за ухо, когда мы целовались. Я надела простое белое платье до щиколоток с длинными рукавами с серебряной вышивкой и крошечными бриллиантовыми пуговками.
