Глава 1. Переворот в новую жизнь
Война тянулась бесконечно, словно мрачная тень, накрывшая земли своим холодным крылом. Дни сливались в недели, недели – в месяцы, а небо над головой всё так же оставалось свинцово-серым, будто застывшим в вечном предгрозовом ожидании. Ради победы я пошла на немыслимое – позволила взять себя в плен. Сердце колотилось, как пойманная птица, когда вражеские воины волокли меня по каменистой дороге, но я стискивала зубы и гасила в себе страх. Притворяясь безвольной добычей, я жадно впитывала каждое слово, доносившееся из вражеских уст, ловила интонации, замечала паузы, улавливала скрытые смыслы.
Так мне удалось выудить имена тех, кто составлял костяк вампирского отряда: величественное, почти поэтичное Велирий – будто отзвук старинной баллады; резкий, словно удар кнута, Шей – односложное, хлесткое имя, будто выстрел в тишине; бдительные стражи Ней и Рон – их имена звучали как двойной стук сердца, ровный и неумолимый. Остальные либо не упоминались, либо их попросту не было в этом зловещем кругу. Благодаря моей хитрости их выследили.
Меня освободили, но тут же схватили вновь – вместе с одним из ключевых вампиров. В тот момент, когда грубые руки сомкнулись на моих запястьях, я даже не вздрогнула. Внутри меня не вспыхнуло ликование от их поимки: я-то планировала взять его под свой контроль, выстроить тонкую игру, где каждая фигура двигалась бы по моему замыслу. Однако в глазах соратников я оставалась лишь девушкой, чьё место – вдали от поля боя, за крепостными стенами, у очага. «Ты только мешаешь», – звучало в мой адрес снова и снова, и эти слова царапали, как ржавые гвозди по стеклу.
Вернувшись в город, мы заточили Велирия в темницу. Подземелье дышало холодом и древностью – каменные стены, покрытые мхом и каплями конденсата, словно плакали от вековой тоски. Клетка, сковавшая его, была оплетена руническими письмена gefs – древними символами, выгравированными на металле с такой тщательностью, что казалось, будто они пульсируют в полумраке. Эти знаки, сплетённые в замысловатый узор, блокировали любую магию, превращая могущественного вампира в беспомощную жертву. Путы, накинутые сверху, мерцали холодным голубым светом, словно застывшие молнии, пронзающие тьму.
Переодевшись в неприметный дорожный костюм – плотную ткань цвета выжженной травы, не сковывающую движений, – я вновь спустилась в подземелье. Влажный воздух темницы пах сыростью и отчаянием, смешиваясь с едва уловимым ароматом железной ржавчины и давней крови. Каменные ступени скрипели под ногами, отзываясь глухим эхом, будто сами стены шептали предостережения. Подойдя к клетке, я небрежно облокотилась на шершавую каменную стену, ощущая под ладонью ледяную шероховатость камня. Пристально взглянула на пленника, позволяя взгляду задержаться на его силуэте, очерченном голубым свечением рун.
