— Чудесно… Прелестно… Замечательно! — в очередной раз заявила мейра Вереск, разглядывая тыкву через свой монокль.
Это выглядело забавно. Старая ведьма, держа монокль пальцами одной руки, привставала на носочки, чтобы рассмотреть каждую впадинку, каждую выпуклость на тыкве удивительных размеров.
Мелиса, сложив руки на груди, довольная результатами своих трудов, наблюдала за всей этой церемонией.
— Мейр Гринш, — обратилась мейра Вереск к одному из членов комиссии, не отрывая взгляда от тыквы, — вы записываете?
— Конечно, — подтвердил тот и, с важным видом поправив очки на носу, снова принялся что-то записывать.
— Я очень верю в ваш экземпляр, Мелиса, — произнесла старая мейра, наконец оторвав свой любопытный нос от осеннего овоща. — Никакая сильная магия не могла быть задействована в процессе выращивания этой тыквы. Я уверена в этом. Мой монокль такого бы не пропустил. Допускаем к конкурсу, — торжественно заключила она.
— Конечно, не использовалась. — Мелисе пришлось изо всех ведьмовских сил сдерживать свой вспыльчивый, взрывной нрав, чтобы не дать волю искреннему возмущению. — Я знаю правила конкурса. И не первый раз в нём участвую. Мне уже можно выдать почётную медаль постоянного участника.
А правила участия в конкурсе были очень жёсткими. И кому, как не Мелисе, было это знать. Никакой магии для увеличения овоща, никаких улучшений его качеств — ни внешних, ни внутренних. Максимум — только удобрять заговорами. Всё! Поэтому всё время — от прорастания семени до завязывания плода и его созревания — Мелиса порхала вокруг своей тыковки. И разговаривала с ней, и песни пела. И с вредителями боролась. И вот результаты её стараний. Сама ведьмочка была собой очень довольна. Ну прямо очень-очень!
Вся комиссия расплылась в улыбке.
— Вы правы, мейра Эшвуд, — подтвердил мейр Гринш. — Я помню и вашу мать, и бабушку.
Мелиса от удовольствия чуть не задрала нос.
А нос, в свою очередь, что-то учуял, но молодая ведьмочка не придала этому значения.
Ведь всё шло по плану. Буквально пара дней — и её тыкву заберут на конкурс. И Мелиса была совершенно уверена, что именно её любимица в этот раз победит. По-другому просто быть не могло.
Сколько себя помнила, Мелиса любила копаться в огороде. А тыквы были её настоящей любовью. И уж в чём она не сомневалась, так это в том, что именно тыква принесёт ей счастье. Это, между прочим, были слова её бабушки. Видимо, они подействовали на впечатлительную Мелису. Может, старая ведьма таким образом хотела, чтобы юная ведьмочка продолжила семейное увлечение, а может, что-то знала, но не торопилась ей рассказывать. А потом и вовсе распрощалась с памятью и угодила в ведьмовский дом. Это же надо было перепутать пару ингредиентов для зелья и вместо того, чтобы избавиться от несварения желудка, отбить себе память. Да так, что никто не смог ей помочь. Жаль, конечно, но всё же теплилась маленькая надежда, что память к бабуле вернётся.
