ДОРОГА БЕЗ КОНЦА
Научно-фантастический роман
Автор: [имя автора]
===============================
ЧАСТЬ I: СЕМЬДЕСЯТ КИЛОМЕТРОВ В ЧАС
===============================
---
ГЛАВА 1 · АСФАЛЬТ
(Ева · пролог)
Я родилась на скорости семьдесят четыре километра в час.
Мама говорит, что это важно — скорость в момент рождения. Говорит, что именно поэтому
я такая. Какая — она никогда не уточняет, только смотрит в зеркало заднего вида и чуть
улыбается, и я понимаю, что это комплимент, хотя и странный.
Папа говорит, что врёт — семьдесят восемь было, он точно помнит, потому что смотрел на
спидометр, пока мама кричала.
Они спорят об этом каждый год на мой день рождения. Это традиция.
У нас много традиций.
Сейчас три часа ночи, и я за рулём.
Это моя смена — с полуночи до четырёх. Потом папа, потом мама, потом снова я. Мы едем
так уже пятнадцать лет — точнее, они едут так двадцать девять, а я — пятнадцать, потому что раньше меня просто не было. Была только машина, дорога и два человека, которым дали ключи и сказали: езжайте.
Они и поехали.
Все поехали.
Дорога прямая. Дорога всегда прямая — или кажется прямой, потому что кольцо такое
большое, что кривизну не чувствуешь. Пять тысяч километров. Я объехала их, наверное, раз сто или больше — я давно перестала считать, потому что считать бессмысленно, круг
не имеет начала, не имеет конца, и каждый раз, когда мы проезжаем мимо отметки «0», я
смотрю на неё и думаю: вот оно, начало. Вот оно, конец. Одно и то же место.
За рулём ночью думается иначе, чем днём. Днём папа что-то насвистывает, мама читает
вслух из старых книг, которые мы возим в ящике под правым сиденьем, по рации кто-нибудь обязательно говорит — Виктор Орлов читает своему Даниле лекцию по географии, или Сара Мирс спрашивает, нет ли у кого ибупрофена, или диспетчер «Ромео» своим
вечным медовым голосом сообщает о плановых работах на участке с тысячного по тысяча
пятидесятый километр, просьба сохранять скорость.
Ночью — тишина.
Я люблю тишину. Это, наверное, странно — любить тишину, когда двигатель всё равно
гудит, всё равно шуршат шины, всё равно где-то позади тихонько посапывает мама. Но это
другая тишина. Это тишина, в которой можно думать.
Стена идёт справа.
Она всегда справа — если едешь по часовой стрелке, а мы всегда едем по часовой
стрелке, потому что так положено, потому что иначе нельзя, потому что все едут по
часовой и если повернуть — не знаю, что будет, никто не знает, никто не пробовал, это
даже не обсуждается, это просто так.
Стена бетонная, метров шесть в высоту, а поверх — ещё два метра металлической сетки с
