Глава I.«Никакой привязанности, никакой любви»
Лето в этом году никак не хотело уступать законное место осени. Весь сентябрь пекло так, что листья платанов в саду выгорели от зноя, не успев дотянуть до листопада, и щедро устилали газоны, оставив на своих гладких суставчатых ветках лишь круглые шарики-шишки. Но рано или поздно скалистые каймиарские горы сталкивают вниз неспокойные холодные ветра, которые смешиваются с теплым маревом, неся долгожданную прохладу горожанам, сельчанам, каждой косули в лесу и собаке на цепи. Вот и теперь, по утрам в дома стала пробираться бодрая свежесть, обещающая скорые заморозки.
Королева-мать, осторожно высвободившись из сонных объятий молодого мужчины, села в кровати. «Как я могла увидеть в нем что-то вчера? Сейчас абсолютно понятно: никакого сходства. Лишь молодость… И возможно наглость». Она спустила босые ноги на мягкий светлый ковер, сняла со спинки стула темно-синий шелковый халат, расшитый по низу серебряным узором…
– Если бы я не знал точно, с кем провел ночь, заподозрил бы у тебя прошлое каторжанки. Откуда все эти шрамы? – оказалось, за ней тоже тайком наблюдали.
Габриэлла поморщилась от его слов и поспешно оделась.
– Господин младший советник, пять утра, почти рассвело. Вам пора идти, – она повернулась к мужчине и безжалостно всмотрелась в его бесспорно очень привлекательное лицо.
Смуглый, хорошо сложенный, темные изогнутые брови как будто подведены кистью искусного портретиста, длинные ресницы, острые скулы… тонкие усы и борода, облагораживающая неожиданно безвольный подбородок. Каштановые коротко стриженые волосы, тем не менее, пытались виться и придавали образу мужчины немного мальчишечьей наивности.
«Боги! Вчера я, видимо, временно ослепла…»
– Ты прогоняешь меня? – он обиженно поднялся.
– Я прошу вас уйти, господин младший советник…
– Это из-за того, что я спросил о шрамах? Прости.
– Ильсур, не из-за этого. Просто тебе пора.
– Значит, это правда? Все, что говорят о тебе.
– Обо мне говорят столько всего, – королева-мать, грустно улыбнувшись, открыла дверь, ведущую на веранду. Прохладный воздух ворвался в спальню, разметав легкие, полупрозрачные белые занавески.
– Я про то, что ты никогда не позволяешь мужчинам остаться у тебя даже на завтрак….
– О, это редкая правда среди вороха сплетен…
– И про то, что все твои связи на одну ночь, тоже?
– Да. Теперь, когда ваше любопытство удовлетворено, прошу, одевайтесь и уходите…
Она отвернулась и шагнула навстречу слабому свету раннего утра. Загородная императорская резиденция замерла в почти еще ночном умиротворении. Вдали, на окутанных розовым шлейфом рассвета горах, блестел снег.
