Часть 1. Камешек в ботинке
Он закрыл дверь и огляделся.
Кабинет директора Хогвартса. Его кабинет.
Теперь он здесь полновластный хозяин.
Мог ли представить тот тощий замухрышка из Паучьего тупика, который во время бурных родительских ссор забивался в угол, сжимая голову руками, что однажды станет в Хогвартсе самым главным человеком?
Для того мальчишки это было безумной мечтой, горячечным сновидением. Он, конечно, неистово жаждал признания и успеха, но не мог даже подумать о том, что однажды сменит Дамблдора на посту директора…
Какая тихая, холодная пустота внутри. Ни малейшего ощущения триумфа. Нет даже слабеньких признаков радости или удовлетворения. Только пустота и усталость…
Те уродливые куски, которые остались от его жизни, давно лишили его способности испытывать что-либо, кроме усталости и раздражения. Долг и память – это всё, что у него осталось. Сама жизнь превратилась в десятипудовую гирю, привязанную к ноге, в железные кандалы, сдавившие горло и руки. Ни сбросить, ни забыть о них хотя бы на минуту было невозможно.
Он медленно прошелся по кабинету, поднялся наверх, осмотрел личные апартаменты (он никогда прежде не бывал в директорских комнатах), потом прошел в ванную, отвернул бронзовый кран, сунул руки под струйку ледяной воды, ополоснул, потом тщательно умылся, выключил воду и, вытерев лицо лиловым полотенцем, поднял взгляд.
На него смотрел постаревший, очень несчастливый человек с нездоровым цветом лица. Волосы неопрятными сосульками свисали на лицо. Он встретился глазами со своим отражением. Черные зрачки были холодным и колючими, как льдинки. В них невозможно было угадать ни единой мысли, ни единого чувства… Что ж, неплохо. Он потратил на это немало времени. Теперь даже Темный лорд не может найти в его взгляде ничего, кроме холодной собранности и готовности. Сейчас особенно важно сохранить или даже усилить защиту…
Он пристально смотрел в глаза собственному отражению, стараясь заморозить все внутри так, чтобы ледяная поверхность его мыслей и чувств была идеально гладкой, как каток для фигурного катания…
Фигурное катание. Ну и сравнения. Откуда только оно всплыло, из каких глубин… Ах, ну да, конечно. Перед внутренним взором всплыла четкая, в мельчайших подробностях картинка: крупный черноволосый мужчина в мятых, явно несвежих спортивных штанах сидит перед большим ящиком. В руках у него бутылка пива, рядом с ножками старого продавленного и потертого кресла стоит целая батарея таких же бутылок, но уже пустых. Мужчина уставился в экран и с нескрываемым вожделением смотрит на то, как тоненькая, как тростиночка, фигуристка выписывает сложные фигуры и взлетает высоко над белой поверхностью катка, будто блестящая птица… Потом раздраженный голос матери. Громовой рёв в ответ. «Отстань, Эйлин! Оставь меня в покое!» Звон бутылок и набирающий обороты, нарастающий гул очередной семейной ссоры…
