Ангар лаборатории встретил гостей стерильным холодом и гулом вентиляции. Борис Алексеевич Афанасьев стоял у разгрузочной платформы, нервно теребя край лабораторного халата. Ладони вспотели, хотя температура в помещении не поднималась выше двадцати. Он то и дело поглядывал на наручные часы, затем на тёмный зев транспортного туннеля, откуда должен был появиться груз.
Рядом переминались с ноги на ногу стояли трое сотрудников в таких же белых халатах. Один из них, молодой лаборант с редкими светлыми волосами, не выдержал:
– Борис Алексеевич, сколько ещё ждать? Может, случилось что?
– Ждать будем столько, сколько потребуется, – отрезал Афанасьев, поправляя очки в тонкой оправе. – И прекратите трястись. Вы же учёные, а не первокурсники перед экзаменом.
Из туннеля донёсся нарастающий гул мощного двигателя. Через минуту из темноты вынырнул военный грузовик без опознавательных знаков. Машина замерла посередине ангара, и только тогда из кабины вышел худощавый, чуть сгорбленный человек в помятом костюме. Афанасьев узнал его сразу и, расправив плечи, шагнул навстречу.
– Алексей Петрович! – голос профессора дрогнул от волнения. – Наконец-то.
Васильев пожал протянутую руку. Его лицо, изрезанное глубокими морщинами, оставалось бесстрастным.
– Борис Алексеевич, вы готовы принять объект?
– Конечно, – Афанасьев судорожно поправил очки, в который раз. – Мы ждали её много лет. Уверен, с ней мы значительно продвинемся в исследованиях.
– Это похвально, – Васильев говорил ровно, без эмоций, словно диктовал отчёт. – Но помните, Афанасьев, что за Объект Ноль отвечаете головой лично вы.
– Я знаю протокол, – твёрдо ответил профессор, хотя внутри всё сжалось.
– Чудно. – Васильев кивнул и вытащил из портфеля пухлую папку. – Вот вся необходимая информация об объекте. О результатах исследования докладывайте два раза в неделю – строго в указанное время.
Афанасьев бережно принял документы, словно это была бесценная реликвия.
– Не забывайте, – продолжил Васильев, буравя его взглядом, – результаты вашей работы очень важны для «Зигорекс» и для человечества в целом.
– Я понимаю, – с жаром ответил Афанасьев. – Я вас не подведу.
– Не сомневаюсь. Удачи.
Васильев махнул рукой стоявшему у грузовика сотруднику. Тот нажал кнопку на пульте, и аппарель с шипением поползла вниз. Из кузова выкатилась небольшая глухая капсула размером с человеческий рост. Матово-серый металл, ни единого шва – только едва заметные датчики на торце.
Подоспевшие сотрудники ловко погрузили капсулу на электрическую тележку и направили её к грузовому лифту. Афанасьев последовал за ними, не в силах оторвать взгляда от контейнера. Внутри колотилось сердце, и он то и дело сжимал кулаки, чтобы унять дрожь.
