Глава I. Грот
Предвестников
Солнечные лучи, которые с утра ласково касались макушки юноши, сейчас, к обеду, нещадно нагревали светлую, словно спелая пшеница, голову Бьярки Хлёдвиссона. Еще пару часов на таком солнцепеке, и он будет вынужден покинуть арену, к своему позору. Юноша то и дело припадал грудью к деревянной ограде, всматриваясь в борцов, валяющих друг друга в пыли.
Но, наконец, прокричали его имя. Бьярки широко улыбнулся, перепрыгнул ограду арены и оказался на небольшой площадке, вытоптанной ногами сотни борцов.
В глазах случайных зрителей, Бьярки определенно не выглядел претендентом на победу. Невысокий, жилистый, вертлявый юноша, с едва заметной светлой бородкой, которая упрямо отказывалась расти, хотя внуку грозного Бьёрна Тормульдссона миновало восемнадцать зим. Единственное в его внешности, что говорило о возможной победе, был взгляд пронзительно-голубых глаз, в которых читался ум и искрилась хитрость.
Именно двух последних качеств не доставало Олафу Раудссону, который был полным антиподом быстрому Бьярки. Могучий, широкоплечий, с изрядным слоем мышц и жира на крепком высоком теле, заросший густой гривой темно-рыжих волос и такой же мощной бородой, которой давно не касались ножницы цирюльника.
По крику судьи, Бьярки и его противник стянули льняные туники и остались в широких штанах, которые поддерживал толстый кожаный пояс. Солнечные лучи тут же принялись жечь бледную кожу Бьярки, на которой пятном выделялась татуировка. Это была оскалившаяся медвежья голова, составленная из темно-синих полос. Родовой знак юноша набил напротив сердца.
Бьярки присвистнул, рассматривая могучие мышцы Олафа. – Помоги мне, Один, против этого чудовища. Этот парень больше похож на внука медведя, чем я.
Сзади прыснула со смеху Скалли – сестренка юноши. Вопреки воле матери, она убежала сегодня из дома, чтобы поддержать на поединке брата, которому запретил идти на арену отец. Поступать вопреки воле старших было в крови у рода Бьёрнссонов.
Бьярки повернулся к сестре и подмигнул. Скалли с тонкими чертами лица, такими же как у брата небесно-голубыми глазами и копной роскошных пшеничных волос росла подлинной красавицей. Она была на одну зиму младше своего брата и к ней активно сватались многие парни Хладгейта. Сегодня она распустила волосы, оставив лишь тонкую косичку посередине, надела брюки и подпоясанную льняную рубашку, а также подчеркнула красоту своих глаз черными полосами краски из жженого миндаля.
«Настоящая валькирия», – подумал Бьярки, прежде чем повернуться к своему сопернику, который уже вышел на середину арены.
