Пролог. Последняя страница
Огонь не жалел никого.
Ни башни Ордена, вырезанные из чёрного базальта, ни свитки, написанные слезами умерших богов, ни самих богов – если они ещё оставались.
Я стоял посреди пепла, держа в руках то, что не могло сгореть.
Чёрную Книгу.
Её переплёт – кожа первого демона, которого я убил. Её страницы – плоть предателей, перо – кость моего учителя. Она дышала. Тихо. Злобно. Как раненый зверь, знающий: его время ещё не прошло.
За спиной рухнула последняя башня. В небе – трещина. Не разлом между мирами, нет. Прощальный шрам реальности, закрывающейся навсегда.
«Ты должен остаться», – прошептала Книга.
«Почему?» – спросил я.
«Потому что кто-то должен помнить, что магия – не проклятие. А долг».
Я рассмеялся. Кровь текла по запястью, смешиваясь с пеплом.
«Долг перед кем? Перед мертвецами?»
Но уже знал ответ.
Вырезал клятву на собственной груди – не словами, а символом, что не имеет перевода. Символом, который не стирает время. Ни смерть. Ни даже забвение.
Потом шагнул в трещину.
Не ради спасения.
Ради того, чтобы выжить там, где магию называют болезнью.
Где демоны носят галстуки.
Где никто не верит в ад – потому что живёт в нём.
И когда я открыл глаза…
меня окружали белые стены, писк машин и голос, говорящий:
– Пациент №4721, вы в безопасности.
Я улыбнулся.
Безопасность – иллюзия слабых.
А я был чернокнижником.
Последним.
И первым – в новом мире, который ещё не знал, что его приговор уже начерчен.
На первой странице.
Моей кровью.
Глава 1. Первый день без магии
Боль не ушла.
Она просто сменила форму.
Раньше боль была знаком – предупреждением, что заклинание требует больше крови или что дух лжёт. Теперь она – тупая пульсация за глазами, сухость во рту и металлический привкус в горле, будто проглотил гвоздь.
Я лежал на узкой койке, прикованный не цепями, а белыми простынями. Стены – гладкие, без единой трещины, где можно было бы спрятать порошок или каплю яда. Над головой – плоская панель, из которой сочился свет, лишённый тени. Свет, который не знает заката.
«Пациент №4721», – сказал голос. Не мой. Женский. Без эмоций. Как у голема, запрограммированного на милосердие.
– Ваше имя? – спросила она снова.
Я молчал. Имя – это ключ. А здесь ключи отнимают первыми.
В углу мерцала чёрная точка. Камера. Глаз системы. Я чувствовал её взгляд – не магический, нет. Холодный, цифровой, но от этого не менее опасный. В моём времени такие глаза вырезали ножом. Здесь их сотни – и все смотрят одновременно.
Тело не слушалось. Не от слабости – от отсутствия связи. Магия была кровью моих нервов, дыханием мышц, ритмом сердца. Без неё я – оболочка. Машина без топлива.
