ЧАСТЬ 1. Мы поступаем в Академию Попаданского туризма и сервиса
ГЛАВА 1. Рэнди: бег с препятствиями
– Дочь, а дочь, – сказала мама таким добрым голосочком, что я сразу заподозрила неладное. – А почему это у тебя в комнате снова такой беспорядок?
Я оторвалась от книги и оглядела своё жилище. Ничего особо не валяется, всё лежит строго на своих местах, клочья пыли по комнате не полощутся. В общем, всё как обычно. Разве что душа не на месте по кое-какой причине, но об этом мама вряд ли догадается. Она не менталист и не высший маг, настроения и секретики девочек в их ясных глазоньках не читает.
На всякий случай я сделала ещё более ясные глазоньки – они у меня очень подходящего зеленовато-серого цвета, лучше только голубые.
– Какой беспорядок, мам?
Мамуля вздохнула.
– Не буди во мне ведьму, сокровище.
Когда мать не называет меня по имени, я чую подвох. Когда говорит «Рэнда» или «Рэнди» – это нормально, когда имя не произносится – тревожный знак. Ну, а если звучит «Рэндочка, солнышко» – это хуже всего. Наиболее ласковый вариант означает, что ведьма проснулась. И без крови не заснёт. Фигурально, естественно.
– Да что не так? – спросила я, кладя книгу на комод, стоявший рядом с моим уютным диванчиком для чтения.
Книга съехала со стопки блокнотов и хлопнулась на пол.
– Дочь, а ты что же, сама не видишь? – спросила мама с воинственно-ласковой интонацией. – На стульях горы вещей, стол завален книгами и рисунками, на полке пыль и паутина…
– Не трогай! – вскинулась я. – Там живут Петруччо и Мимзи!
– Кто?
Я уже покинула диван и встала на упомянутый стул, чтобы загородить собой полку над рабочим столом.
– Котлы-то тебе тут зачем? – мама обошла меня с правого фланга и уставилась на четыре разнокалиберных котелка для зелий. – Ты что, опять ночью не спала и пила бодряник пинтами?
Самый большой котелок был аккурат в пинту объемом, и на дне, как назло, осталась мутноватая коричневая жижа.
– Это просто кофе, мамочка…
– Как же, кофе! Там от кофе только запах, да и то, сквозь него пробивается бодряниковая вонь, – проворчала мама, говоря в нос. – Разве можно пить это в таких количествах?
Она отошла, наконец, от стола и полки. Петруччо и Мимзи временно могут быть спокойны: никто не тронет их славные паутинные гнёздышки.
– У тебя на окне растёт крозифлора! – почти взвизгнула мама. – А для чего тут газета? Ты что, ночами крутишь из крози самокрутки?
– Родная мать называется, – застонала я. – Это проект, а не для самокруток. Газета… Там же про мою школу, и…
И всё.
– Рэндочка, – вкрадчиво сказала мамуля, – а почему тут отмечены маркером объявления «куда пойти учиться»?
