«Всё будет нормально! Я смогу, я выдержу… Это моя работа», — успокаивала я себя, стоя у крыльца дома Марты, но на сердце всё равно было очень тяжко.
Насколько давно я её знала? Стыдно признаться, ведь тогда бы мне пришлось раскрыть свой истинный возраст — он уже давно вышел за пределы трёхзначного числа. Мы вместе ходили в школу, обсуждали мальчиков, а пока не видели старейшины ковена, гадали на суженого под полной луной, а на Ивана Купала прыгали через костёр и пускали по реке венки. И что теперь? Я должна ей вынести приговор?
Стоя у крыльца дома Марты, я невольно поёжилась, то ли от утренней прохлады, то ли от своих мыслей. Посмотрела в сторону горизонта. За согнувшимися от яблок ветками уже виднелась лёгкая золотистая полоса рассвета, а значит, с минуту на минуту придёт старейшина. Времени у меня осталось мало.
Мой верный фамильяр — кокер-спаниель Ирис — обследовал клумбы. Его бежевая шёрстка цвета ириски, идеально вычесанная с лёгкими волнами, блестела. Он сосредоточенно водил носом по земле, выискивая последнее доказательство вины моей подруги — незабудку.
Это был не просто цветок, а её цветок, её подпись, её ритуальный талисман, который помогал творить магию. Я знала, что это уже не имело значения, но надеялась, что пёс ничего не найдёт, тогда бы у меня был шанс отсрочить приговор ещё ненадолго…
«Но… Зачем?»
Нет, ничто бы уже не отсрочило приговор. Я только теряла время, ведь и без цветка улик против Марты было слишком много: три карты «Таро» с её отпечатками, оставленные на столе, отсутствие алиби, короткая переписка, в которой было два важных для следствия сообщения: «Я всё знаю, нам нужно поговорить! Я нашёл твои карты.»; «Жди. Скоро буду.» — и букет, лежавший на лестнице у самой двери.
Услышала шаги позади себя и обернулась. Старейшина уже была рядом со мной. Я так глубоко провалилась в свои мысли, что не заметила, как она приблизилась.
— Агата, рада вас видеть в полном здравии! — проговорила Роза, продемонстрировав свою лёгкую улыбку.
Обычно мы не показывали свою натуру людям. Никто из нас не расхаживал в длинных плащах, масках и с кристаллами под мышкой, но сегодня был особый день, поэтому Роза была во всём обмундировании: кожаные сапоги до колен, выглядывавшие из-за полы длинной тёмно-фиолетовой мантии, рыжие волосы с вплетёнными в них лютиками, и ни капли макияжа — только родные веснушки и изумрудные глаза.
— Ирис ещё ищет.
— Это только формальность. Этот вопрос надо было решить ещё два месяца назад. Идёмте, — проговорила старейшина, открыв калитку.
