Я стою, прислонившись к холодной стене кухни, и наблюдаю, как пар поднимается от огромного котла с тушеными овощами.
– Бездарная девица! – раздается за спиной голос мачехи, от которого даже угли в печи, кажется, съеживаются. – Двадцать семь лет, а все еще неумёха! Ни мужа, ни детей, только место занимаешь! Глаза бы мои тебя не видели!
Вздыхаю. Ну вот, началось. Ежедневная порция комплиментов от любимой мачехи.
– Лорф, милый! Ну как долго нам её ещё терпеть? Отдай свою бракованную дочь в услужение в богатый дом. Хоть какая-то от неё польза будет.
Отец качает головой, махает на нас рукой и выходит на задний двор. Он любит по утрам удобно устроиться в беседке с чашечкой чая и свежей газетой.
– Матушка, вы же сами сказали добавить щепотку дайского перца! По вашим словам, он придает блюду пикантность!
Мачеха фыркает и выбрасывает все тушёные овощи, которые я чистила и нарезала целое утро, в помойное ведро. Это значит, придётся начинать всё сначала.
Я родилась в мире, где очень важно быть магически одарённой. Чтобы выйти замуж, достаточно иметь хотя бы крупицу магии. Это нужно, чтобы увеличить силу рода. Никто не возьмёт замуж девушку без магии. Так я и осталась старой девой, потому что судьба обделила меня. Магия во мне так и не проснулась. В Айлане магия – это воздух, которым дышат, а я рыба, выброшенная на берег. Всё для меня здесь чуждо.
Вот и получается, что все мои ровесницы давно замужем, воспитывают детей, а я все еще живу под одной крышей с мачехой, отцом и магически одарённой сестрой. Лания пользоваться магией, конечно, не умеет, ведь для этого нужно учиться, но это не помешает ей выйти замуж. Главное – наличие магической искры, а не умение колдовать.
– Иди лучше прополи грядки с цветами! – командует мачеха, вырывая меня из моих печальных размышлений. – И смотри, не сожги их своим отсутствием таланта! Ха-ха-ха!
Я закатываю глаза. Поправляю свои серые бесцветные волосы. Кстати, это главный признак отсутствия магии. Например, у Лании потрясающие белокурые волосы. Смотришь на неё, и сердце тает от умиления. Выхожу в сад, беру в руки мотыгу и начинаю прополку. Луннийские цветы нежно светятся в лучах утреннего солнца, и их мягкий свет успокаивает меня. Я люблю этот сад. Он – единственное место, где я чувствую себя хоть немного нужной. Цветы не упрекают меня в бездарности, а благодарно принимают заботу.
– Алира, подойди сюда, дочка, – отец хлопает ладонью по свободному месту рядом с собой. – Нам нужно поговорить.
Послушно присаживаюсь на лавочку, застеленную мягким пледом, и смиренно складываю ладони на коленях.
