– Добрый вечер, – неожиданно произнес мужской голос.
Вроде бы и обычная вежливость, только вот я никак не ожидала застать гостя на своей кровати. В своей спальне. Да еще и в сапогах.
– Вообще-то ночь, – я с невозмутимым видом посильнее затянула поясок пеньюара и легкой поступью двинулась к секретеру. – И я не ждала гостей.
– Это ищите? – он небрежно качнул моим любимым стилетом, зажатым между двумя пальцами. – Занятная игрушка. Хорошо наточена. Не очень подходит для открывания писем.
– Зато она отлично открывает потаенные мысли человека, – хищно улыбнулась я. – Особенно, если приставить острие к артерии на шее.
– А с виду вы такая приличная дама, – усмехнулся мужчина, – Элизабет Грейстон, владелица «Позолоченной рамы», вдова, возраст скрывает. Характер сдержанный, холодный.
– Вы тоже на первый взгляд кажетесь воспитанным джентльменом, когда на чужих кроватях в сапогах не лежите, – не осталась в долгу я. – Чарльз Хартфорд, владелец банка, холостяк и очень этим гордится, возраст – тридцать восемь лет. Наглец со связями и капиталом.
– Да, я такой, – не без скромности кивнул Хартфорд. – Продолжим обмен любезностями.
– Предпочту закончить нашу беседу, – я скрестила руки на груди и тут же пожалела об этом. Наглец сразу на нее и уставился.
– А я бы на вашем месте не спешил, – мужчина очаровательно улыбнулся. – Или, может, обращаться к вам Мист? Или Ангел Ист-Энда? Или леди Констанс Винтер? Или Эдмунд Вейл? Вот последнее… не хотелось бы. Все же вы очень красивая дама, и звать вас мужским именем не очень-то хотелось.
Я грациозно опустилась в кресло. Чем расслабленнее выглядит обманщик, тем больше сомневается в своих словах обвинитель.
– Мне следует удивиться? – иронично приподняла одну бровь. – Все эти имена мне прекрасно знакомы. Или вы забыли? Я же владелица антикварного салона с картинной галерей. Некто Мист – вор. Специализируется на редких вещицах. Он настолько неуловим, что люди подозревают, будто под этой личиной действует целая шайка. Могу вас разочаровать, Чарльз, никогда с загадочным Мистом я не пересекалась. Об Ангеле Ист-Энда не слышал только ленивый. Аноним, делающий пожертвования. Констанс Винтер – завсегдатай аукционов. Большую часть времени предпочитает проводить в уединенном имении. Ну а господин Вейл, насколько я помню, поверенный Констанс Винтер.
– Все так, – вальяжно кивнул незваный гость. – И все эти люди напрямую связаны с вами, ведь это ваши личины.
– Ну вы и фантазер, – скупо улыбнулась я. – Уж не думала, что такой человек, как вы, тоже увлечется сомнительными романчиками, которые в ходу у молодежи?
