Холодные ветры Седого Урала
Зима на Седом Урале не просто наступала — она правила. Тайга стояла недвижимая, оглушённая лютыми тридцатиградусными морозами. Столетние ели и лиственницы прогибались под тяжестью пышных снежных шапок, а редкие солнечные лучи едва пробивались сквозь серую дымку, заставляя сугробы искриться холодным, алмазным блеском. Особняк Борисыча — крепкий, обнесённый высоким частоколом бревенчатый дом, который в этих краях уважительно называли «хозяйской усадьбой» — почти по самую крышу утонул в белом безмолвии. Лишь из толстой каменной трубы непрерывно вился сизый дым, пахнущий сухими берёзовыми дровами.
На крыльцо, поднимая фонтаны пушистой пороши, выскочил Серый. Приёмыш-волчонок, которого Борисыч подобрал ещё слепым кутенком у разворённого медвежьего логова, за лето и осень заметно подрос. Теперь это был мощный, длинноногий молодой хищник с широкой грудью и умными, янтарными глазами. Он ещё сохранил щенячью игривость, но в его повадках уже чётко угадывалась волчья стать. Серый замер, принюхиваясь к морозному воздуху, и глухо зарычал — где-то на границе леса хрустнула ветка.
— Отставить, Серый. Свои, — Борисыч вышел вслед за любимцем, застёгивая на ходу потрёпанный армейский тулуп.
В руках Хозяин держал старый но ухоженный карабин. Запасы провизии в погребах особняка были внушительными, но свежая дичь никогда не была лишней. Мужчина поправил ремень карабина, затянул ремешки на широких таёжных лыжах-голицах и скомандовал волку: «Рядом». Они отправлялись в глубь тайги, туда, где на старых берёзах и соснах кормились хвоей и почками глухари да тетерева. Прогулка обещала быть долгой, а мороз весело покалывал щеки.
К вечеру, когда тайгу затопило густыми синими сумерками, они вернулись. На поясе Борисыча покачивались два тяжёлых тетерева с иссиня-чёрным оперением, а Серый, уставший, но довольный, трусил следом, преданно заглядывая в глаза вожаку.
В доме было тепло. Растопив печь и устроив птицу в прохладных сенях, Борисыч сел к массивному дубовому столу. На углу стола, подмигивая зелёным огоньком, бесшумно работал терминал спутниковой связи — прямая линия с Центром. Устройство выдало короткий, едва слышный звуковой сигнал. Пришло шифрованное сообщение.
Борисыч открыл файл. Ведомство выходило на связь редко, и всегда по делу.
«Субъект "Борисыч". Назначение: Операция "Реанимация".Предложение: С наступлением весенней оттепели (ориентировочно апрель-май) осуществить выход к узловой (базовой) стоянке экспедиции . Цель: Проверка сохранности объекта, сбор оставшихся архивных данных.
