Глава 1. Имперский город
Начнётся наш роман сейчас,
О светском городе и ритме,
Блестящий светлый эпостаз,
В глубины мрамора проникли,
Увидим мы вокруг аллеи,
Те розы острые как иглы,
Там сплошь и всюду чародеи,
Всю магию свою сподвигли,
Они хранили свет идеи
Во славу всей этой империи,
Они побед в войне достигли,
Стоят за городом той тенью,
Что равновесия достигли.
В торговом сердце города,
Народ всё ходит и шумит
И бриз исходит из порта
Спокойствием своим сквозит,
Всё тащут бочки на суда,
Матросов шут все веселит.
Шмотье, оружие, доспехи,
Есть магия для всех мастей,
Вкусняшки, сладости, орехи,
Любой товар, всех областей.
Тот город всё кипит и дышит,
Своей зеркальной красотой,
Волчица где-то в баре пишет,
Роман, своей сырой душой.
И кошки с ящерами бродят,
Среди тех путников людей,
Они знакомства всё заводят,
Гуляют, бродят вдоль аллей.
А в сердце, в главном центре власти,
Что тайны всё свои хранит
И голос с центра говорит,
Куда направить свои части,
Один лишь дворф руководит.
Но, к сожалению, недавно,
Или кому, к счастью, это,
Империя жила во тьме,
От той потери главы света,
Теперь в том зале как в тюрьме,
Остался канцлер от совета
Пытаясь, целостность сплотить,
Владея лишь авторитетом,
Стремится мудрость привносить
Поставить город в цвет рассвета.
А где-то в городе с Востока,
Лёг затхлый и жилой район,
Там он был жизнь окружён,
Заполнен был людьми, зверьем.
Он выглядит довольно худо,
На фоне мраморных фасонов,
Но жить в нём было всем уютно,
В дали от яркости соборов.
Но это место было славным,
Но есть другой жилой район,
Там всё проходит как-то темно,
Кругом одно гнилье, ворье.
Так начинается история,
Героя нашего романа,
Печальная горит агония,
В романе будет блеск и драма.
И всё же город был тем местом,
Для сборов разных областей,
Наемных кошек с мнимым блеском,
До рыцарей живущих дней.
Там солнце озаряет светом,
Все парки, скверы и мосты,
Даруя радость без ответа,
Улыбку, яркость той среды.
Тот город словно процветал,
И начинал светать он с юга
И оживляясь в пепле круга,
Тот город словно оживал.
В районе бедного села,
Воры, бедняги, проститутки,
А в городе стоит хвальба,
Элитной слой сидит как в юбке.
Но всё же в городе всегда,
Орудует среди ночи,
Та безымянная среда,
Воры воруют кирпичи,
Выносят вещи без следа,
Продольный ветер, лишь кричит.
Но всё же город был свободным,
Там жили все кого назвал,
Всё жили там в своем доходном,
Не извлекая стыд и срам.
Глава 2. Кто такой вор?
И где-то в затхлом сером доме,
Чуть отойдя от красоты,
Живёт наш «Плут» в свободной форме,
Он точит лезвием ножи.
На нём чернеющих камзол
Одежда стянута из кожи,
Ботинки сперты у святоши
