Я стояла в самой длинной очереди за все свои прошлые жизни. С ней могла сравниться лишь та, где хотели купить новый айфон. Правда, я никогда его не видела и знала лишь по слухам в зале ожидания. Но одно понимала точно: ценность айфона и нового обмундирования — это разный уровень. Я не чувствовала физической усталости и это было небольшим плюсом, зато испытывала чувства. Чувства очень неудобная материя, но без них нет жизни. Если ты их лишен, значит ты стойка регистрации.
Впереди нудились такие же, как и я — ценители второго шанса. Белое свечение с более яркими точками на равном расстоянии, уходящее вдаль сужающейся нитью. Мы стояли так уже полвека. Я, знаете ли, не самое общительное существо, поэтому заводить разговоры с тем, кто впереди меня даже не пытаюсь. Если беседа пойдёт хорошо — не смогу думать о своём. Если плохо — буду корить себя за каждую неудачную фразу.
— Ты нервничаешь, — вдруг сказала добрая душа впереди меня.
А так хорошо стояли всё это время.
— Немного, — улыбнулась я.
— А я вот столько раз стояла в подобных очередях, что забыла, как это волноваться. Прекрасно быть молодой.
— Хороший навык.
Вы замечали, как сложно поддерживать пространственный разговор? Это настоящее минное поле. Надо отказаться от подобных ситуаций.
— Ты уже сформулировала свой запрос? — Не отставала впереди стоящая.
— Да. А вы?
— В этот раз я не привередлива, — её улыбка излучала тепло, будто луч солнца коснулся щеки в морозный день. — Просто буду использовать всё по назначению и попытаюсь стать счастливой.
— Звучит неплохо, — одобрительно поддакнула я, хотя была противоположного мнения.
Кажется, прошло ещё пару лет, когда я увидела, как за собеседницей сомкнулись светящиеся двери. Узкая стойка, напоминающая памятник из-за надписи на ней, гласила: «Ты - автор своей жизни. Сочиняй и будь счастлив». Рядом — уставшее существо, не излучавшее ничего кроме грусти и тоски. Да и откуда взяться оптимизму, если ты отбываешь наказание на работе? То, что можно было назвать плечами, перетекало в большой светлый мешок, скрывая любой намек на фигуру. Глыба с серебристым свечением. И всё бы ничего, но я заметила отличительный знак всех работников на стойке сортировки — то, что до недавних пор красовалось и на моей тушке — чугунные сапоги. Помню, как сложно носить их постоянно. Чувство, будто ноги (единственное, что в этом мире напоминало о человеческом теле), зажали в тиски, а с места сойти не получается. И вот ты прикована своими страхами, сомнениями, прошлым опытом и хочешь лучшей жизни, но пока не снимешь с себя эти ограничения — приговорена. Мне понадобилось ждать двадцать шесть лет, чтобы снять их. Теперь я готова к выбору личности и верю, что в будущем смогу
