Белый север
●
Если вы думали, что «Метро 2033» – предел страха, вы не были на Севере.
Глава 1. Лёд внутри
Шесть месяцев прошло с тех пор, как небо сгорело.
Алина помнила последний закат. Не оранжевый, не розовый – синий, как пламя спиртовки. Она стояла у иллюминатора станции «Заря», держа в руках чашку остывшего чая, и смотрела, как горизонт вспыхнул без звука. Ни взрыва, ни грохота – только тишина, будто сама Вселенная задержала дыхание. А потом – тьма. И холод, который пришёл не снаружи, а изнутри.
Сейчас она стояла у той же стеклянной панели, но за ней был уже не закат, а вечная белая мгла. Метель не утихала неделю. Ветер выл, как раненый зверь, царапая металл станции своими ледяными когтями. На стекле – иней в виде причудливых узоров, почти похожих на руны. Алина провела пальцем по одному – и почувствовала, как по спине пробежал холодок, не связанный с температурой.
– Ты опять тут? – раздался хриплый голос за спиной.
Она не обернулась. Это был Сергей – бывший военный, единственный, кто ещё не начал шептать во сне.
– Считаю запасы, – соврала она. На самом деле считала дни. Дни с тех пор, как умерла Надя. Дни с тех пор, как перестала пить. Дни, которые слились в одну бесконечную белую ночь.
– Еды хватит на три недели, если резать пайки вдвое, – сказал он, подходя ближе. Его лицо было осунувшимся, глаза – в красных прожилках. – Вода – дольше. Но кислород… фильтры на пределе.
Алина кивнула. Она знала. Как медсестра, она вела учёт всему: калориям, пульсу, дозам снотворного. Особенно снотворного. Потому что когда люди засыпают, они начинают слышать её.
– Белая Мать, – прошептал Сергей, будто прочитав её мысли. – Они снова видели её?
– Леша говорит, что она звала его по имени. Вчера ночью. Через вентиляцию.
– Он сошёл с ума. Как Витя.
– Может быть. А может, она реальна.
Сергей резко повернулся к ней:
– Ты тоже её слышишь?
Алина не ответила. Она не слышала. Но видела. Каждую ночь, когда закрывала глаза, перед ней возникала женщина изо льда – высокая, прозрачная, с глазами, полными звезд. Она не говорила. Просто смотрела. И в этом взгляде была не угроза, а приглашение: «Ляг. Отдайся. Перестанешь болеть».
– Мы должны идти на юг, – сказал Сергей. – «Полярная Звезда» – там есть запасы. Может, даже связь.
– Или там уже никто не живой.
– Лучше мертвый человек, чем живой сумасшедший.
Она посмотрела на него. В его глазах – усталость, но не страх. Сергей ещё держался за человеческое. Алина не знала, держится ли она сама.
– А если «Белая Мать» – не галлюцинация? – тихо спросила она. – Что, если холод… разумен?
