Эрика Серебрянова была единственной дочерью оружейного барона, поэтому с раннего детства ей приходилось соответствовать титулу и не ронять свою честь в грязь. Она едва дождалась своего совершеннолетия, чтобы попасть на настоящий бал. С юных лет Эрика помогала отцу на фабрике, которую городской совет всё время пытался снести под разными благовидными предлогами. Так что приходилось девушке преимущественно ходить в брюках из толстого сукна, да донашивать отцовские рубахи. Эрика жгуче завидовала своим сверстницам, которым дозволялось щеголять в платьях с пышными юбками. Приглашение на осенний городской бал чуть не стало настоящей бомбой между ней и отцом.
— Я пойду! — рыкнула Эрика, громко топнув ногой.
Барон Эрик Серебрянов хмуро взглянул на строптивую дочь и заложил руки за спину, всем видом показывая, что не даст своего согласия. Они стояли друг напротив друга в кабинете барона, одну из стен полностью занимало окно, через которое виднелись цеха оружейной фабрики.
— Ты не имеешь права мне запрещать! — Эрика сжала руки в кулаки, конечно, драться бы она не бросилась, но если упрямец её вынудит, то она была сейчас готова на всё.
— Ты глупая, — рявкнул в ответ отец и приблизился к окну. — Вот твоё истинное наследие. Эти лживые горожане обманут тебя льстивыми речами!
— Отец, ты не можешь прятать меня ото всего мира в застенках нашей фабрики, — тяжко вздохнула Эрика, но кулаки не разжала. — Мы должны стать частью этого города. Тем более, ты сам не раз говорил, что фабрика с годами станет центром всей округи. Ты ведь даже позволил нашим работникам поблизости строить свои дома, выделив им наделы на нашей земле.
— Хорошо, — вдруг сдался отец. — Вижу, тебя бесполезно уговаривать, иди же в этот мир и не вздумай мне плакаться, что он суров и жесток!
Эрика бросилась на шею отцу и поцеловала его в щёку, а потом радостно прошептала:
— Ты будешь гордиться мной.
Она даже не подозревала, как прав окажется её отец. Два дня прошло в волнительном ожидании, и вот тот самый день настал. Эрика надела тёмно-синее платье с пышной юбкой, украсила шею тяжёлым жемчужным ожерельем, а затем отправилась на осенний бал. Она верила в свою удачу и смело вошла в зал, гордо вскинув голову.
— Баронесса Эрика Серебрянова, — представил её устроитель бала.
Она ощутила на себе любопытные взоры, смутилась и поспешила скрыться в небольшой нише, где смогла ненадолго укрыться от чужаков. Вот здесь Эрику и настигло неотвратимое будущее. Она услышала низкий, бархатистый голос и выглянула из-за зелёной занавески. Эрика влюбилась в молодого мужчину с первых мгновений, как только увидела длинные тонкие пальцы, он явно ухаживал за своими руками, овальной формы ногти поблёскивали перламутром. Массивный перстень красовался на мизинце, орлом обхватив палец. «Если кто и дотронется до моего тела, то только он! — подумала Эрика. — Чужих рук не стерплю».
