Пролог
Папа, сидя на краю кровати, аккуратно вставлял серебристые батарейки в пластмассовый пульт новенькой, только сегодня купленной гирлянды. Маленькие светодиоды были заключены в красивые звезды. Именно из–за этих звездочек я выпросила ее у папы.
-Гляди, как светятся, -тепло произнёс он, разворачивая гирлянду. И правда, звездочки зажглись ярким желтым светом, их будто поймали с ночного неба!
Я тихонечко взвизгнула, улыбаясь и вылезая из–под одеяла, чтобы рассмотреть огоньки ближе. Даже кукла Машка выскользнула из моих рук. Детскому восторгу не было предела, он такими же лучами вырывался из меня.
-Вау! -я протиснулась к папе вплотную, ощупывая быстро нагревшиеся звездочки. -Так волшебно, так чудесно и просто а–а–а! -затем подняла глаза к нему и попросила: -Пап, пап, повесь их к рисункам, пожалуйста! Они там будут как раз кстати!
-Отличная идея, мой дизайнер, -звонко усмехнувшись, папа с изливающей свет гирляндой подошел к стене.
Улыбаясь, он уцепил за первую иголочку один конец, а за вторую – другой. Вытянутая длинная гирлянда на стене стала похожа на яркую нить летящих друг за другом комет. Они подсветили мои многочисленные рисунки бывших папиных коллег: портрет человечка в зелёной форме ланши – дяди Камило из Италии, девчушку с узкими глазенками и фиолетовым стеклянным рюкзачком, который предназначался только чилдао – Чжу Яо, мудрого мерифри с письмами наперевес – Налида… Не укрылись от мерцания и сувениры, привезенные папой с работы специально для меня: письмо тетушки Санрайз из Радужных Холмов, фото маленькой демонессы Голди, пучок ароматных трав от дракона–повара и много–много того, чем я очень дорожила и гордилась. Для меня эти вещи были великими трофеями, как для охотников шкура медведя или самый дорогой коньяк из Англии для моего дяди. Желтые звездочки сделали мои трофеи еще величественней, а рисунки – ещё краше.
-Ну прямо целая композиция, -пустил восторженный вздох папа, немного отходя. -Нравится, дочь?
Мои глаза заслезились от такой красоты. И от вида папы, который при свете вновь походил на балтовея; светло–каштановые волосы, стоящие дыбом, и пушистые усы покрылись золотыми отблесками. В глубоких синих глазах отражались огонечки, на морщинки будто посыпали блесток, а домашний жесткий халат засиял.
-Очень, папочка, -я снова сжала края одеяла, которое тоже было с узорами звезд и планет, -спасибо, что купил эту гирлянду…
-Не за что, -он, шаркая тапками, подошел ко мне и с большой отцовской любовью поцеловал сначала в одну щеку, затем в другую, и напоследок клюнул в нос. Уложив на постель, папа укутал меня в одеяло и промолвил: -Спокойной ночи, Арина. Пускай тебе приснятся волшебные пони и зефирные обл…
