Утро в усадьбе Демидовых начиналось с мягкого света, льющегося через панорамные окна спальни Екатерины Демидовой. Она медленно открыла глаза, чувствуя приятную тяжесть сна. Потянулась, сбросила шёлковое одеяло, и босыми ногами ступила на тёплый мраморный пол. Её спальня была воплощением роскоши: стены, обитые зелёным бархатом, картины предков рода в золочёных рамах и массивная кровать из красного дерева. Выглядела она так, будто принадлежала королеве.
Катя подошла к огромному зеркалу и улыбнулась своему отражению, которое встретило её с привычной уверенностью независимой красотки. Она любила спать голой, наслаждаясь свободой, но сейчас накинула лёгкий шёлковый халат, завязав пояс. Ткань обняла фигуру, подчеркнув её изгибы.
«Ну что ж, подруга, ты по-прежнему безупречна, – подумала она, наклоняясь ближе к зеркалу, чтобы рассмотреть своё лицо. – Ни один мужчина не устоит, всё как обычно»
Она направилась к кофемашине, встроенной в элегантный шкаф из чёрного дерева. Машина – итальянская, с позолоченными кнопками и сенсорным экраном – подарок отца. Катя ценила хороший кофе и выбрала капсулу с эфиопским сортом, терпким и ароматным. Через минуту спальня наполнилась насыщенным запахом свежесваренного эспрессо.
С чашкой в руке Катя вышла на просторную террасу, выходившую на Неву – это уже стало своего рода ритуалом её повседневной жизни. Она устроилась в плетёном кресле с мягкими подушками, поставила чашку на стеклянный столик и откинулась назад, позволяя себе несколько минут покоя.
Усадьба Демидовых, раскинувшаяся у берега, была не просто домом – это настоящий символ их власти, богатства и влияния. Каждый её элемент: мраморные колонны у входа, или фонтан со статуями – всё кричало о превосходстве её семьи.
Однако мысли быстро вернулись к делам, а именно – к Жене. Она видела его в тот момент в Авалоне вместе с Леной. Момент, который до сих пор вызывал в ней необъяснимое раздражение. Эта наглая девка специально прильнула к нему, а он, вместо того чтобы отстраниться, ответил на её поцелуй. Повёлся на какую-то простолюдинку. Катя фыркнула, постукивая ногтями по чашке.
Она тряхнула головой, пытаясь отогнать эти мысли. Почему её вообще это волнует? Женя – никто, просто инструмент в её руках. Простой Авалоновец, которого она приручит для клана. Однако его упрямство, вызов во взгляде – всё это не давало покоя и раздражало ещё больше.
Она сделала глоток кофе, стараясь переключиться, но мысли невольно скользнули к другому, куда более болезненному воспоминанию.
Дэвид. Имя, которое до сих пор отзывалось в ней яростью.
