Касаткин увидел его впервые только на третий день.
До этого фамилия фигурировала исключительно в системных уведомлениях, некоторых служебных согласованиях и пометках с высшим приоритетом доступа. Само его присутствие ощущалось как изменение давления в помещении, а не как появление человека.
Кабинет находился в старой административной части северного сектора, куда давно уже почти никто не заходил без отдельного вызова. Дверь открылась сразу.
Л., встретивший Касаткина, оказался значительно старше, чем тот ожидал. Невысокий, худощавого телосложения, с безупречной выправкой и лицом человека, который привык говорить только о вещах, имеющих последствия. Волосы у него были редкие и совершенно седые. Особенно тревожное впечатление производили глаза — холодные и почти неподвижные. Они не выглядели ни злыми, ни уставшими. Скорее создавалось ощущение, что их обладатель давно перестал удивляться чему-либо.
На столе не было почти ничего, кроме бумажной папки и тяжёлойстеклянной пепельницы без следов использования.
— Касаткин? — спокойно уточнил он, хотя очевидно прекрасно знал, кто перед ним.
Тот кивнул.
Л. жестом предложил сесть.
— Должен признаться, — сказал он после короткой паузы, — Вы доставили комплексу довольно необычные трое суток.
Тон у него был тихий и на удивление вежливый. Такие люди, как успел заметить Касаткин, почти никогда не повышали голос именно потому, что не нуждались в этом.
Несколько секунд Л. молча листал какие-то бумаги.
— Знаете, что меня беспокоит больше всего? — наконец спросил он.
— Перегрев северного контура?
— Нет. Перегрев — это техническая проблема. Техника ломается постоянно. Именно поэтому вас здесь так много.
Касаткин промолчал.
Л. аккуратно закрыл папку.
— Меня беспокоит другое. Почему ваша система начала задавать вопросы, которых ей задавать не полагалось.
С улицы доносились заливистые трели птиц.
— Мы всё ещё анализируем причины отклонения, — осторожно сказал Касаткин.
Он понял, что перед ним человек, который давно привык сообщать плохие новости спокойным тоном.
— У вас осталось двое суток. Нужно, чтобы северный контур стабильно работал к моменту передачи проекта.
— Передачи кому?
— Вам не нужен ответ на этот вопрос. Может плохо сказаться на качестве сна, Касаткин. И ещёВы должны знать следующее. Если справитесь – то на особую благодарность не рассчитывайте, а если начнутся неприятности, то помощи не дождётесь. Вас это устраивает?
Касаткин кивнул.
— Успехов.
