— Здравствуйте, Виктор Сергеевич, — вежливым, ничего не значащим тоном поприветствовал прокатчик нейрофильмов молодого человека, первым вошедшего в помещение в его смену.
Молодой человек с уставшим взглядом рассеянно кивнул и уставился в монитор с рекомендациями, висевший на стене. Визор продавца продолжал выводить информацию о посетителе на сетчатку.
Это был особый, но, увы, нередкий для района тип посетителей, с которыми ему как добропорядочному работнику салона следовало быть чуть более чутким и тактичным, чем с остальными. В народе таких называли «выгоральцы». Прокатчик внимательно изучал передаваемую надмозгом информацию, ведь от его правильных действий сегодня зависела жизнь не только Виктора Сергеевича, но и, возможно, нескольких улиц: уставший молодой посетитель в серой одежде старшего мастера был настройщиком сетевого оборудования целого квартала. Прошло более минуты, но прокатчик терпеливо ждал, сделав выводы из предоставленной ему информации.
Посетитель бесцельно листал список рекомендаций, ни на чём не останавливаясь. Это значило, что человек просто хочет немного освоиться в обстановке, прежде чем начать говорить. Пролистав до низа списка, Виктор Сергеевич мельком осмотрелся в небольшой комнатке, выделенной под приёмную проката. В ней с трудом могли бы разместиться ещё трое-четверо, да этого и не нужно было: как правило, сюда приходили люди, получившие точные рекомендации надмозга и знающие, что именно они хотят почувствовать. Поэтому они быстро подходили к одному из двух терминалов, нажимали на тотчас же появлявшуюся кнопку с подтверждением выбора и проходили в нейротеатр по длинному, едва освещённому коридору в свои номера. Стены приёмной были выкрашены в тёмный серо-синий цвет, за небольшой стойкой сидел на подвижном стуле единственный работник нейротеатра и терпеливо ожидал, когда молодой человек выберет фильм.
— Вы знаете, Николай Олегович, — Виктор Сергеевич быстро считал имя прокатчика во всплывшей подсказке визора, — мне придётся прибегнуть к вашей помощи.
Посетитель испытывал стыд за своё настроение и поведение, но понимал, что ему не обойтись без консультации.
— Конечно, Виктор Сергеевич, — с готовностью ответил прокатчик. — Помощь с выбором — одна из моих прямых обязанностей. Сегодня СЦС, кажется, занята государственными расчётами и качество рекомендаций может быть снижено.
И посетитель, и прокатчик — оба знали, что это враньё. Система целевой стабилизации в этот день находилась в недогруженном режиме: часть внешних коммуникаций на несколько дней была выведена на запланированный ремонт, и Башня не могла работать на внешнего заказчика. Поэтому надмозг особое внимание должен был уделить как раз внутренним потребностям жителей: обновлению и улучшению рекомендаций, анализу внутренних потребностей жителей. Но, к удивлению посетителя, этот ответ прокатчика его полностью устроил: от бесхитростной лжи веяло нежной родительской заботой, ощущением безопасности.