ЧАСТЬ I: АРХЕОЛОГИЯ БОГОВ
Глава 1: Просека в прошлое
Зима в Уральских предгорьях наступала мгновенно, словно по команде выключателя. Еще вчера тяжелые, налитые свинцом тучи цеплялись за верхушки вековых елей, а сегодня рассвет застал археологическую экспедицию Каэла посреди звенящей, замерзшей тишины. Воздух был настолько сухим и холодным, что каждый вдох отзывался в легких покалыванием, похожим на сотни мелких ледяных игл.
Каэл (28 лет, резкие черты лица, обветренная кожа, глубокие серые глаза) стоял на деревянном помосте, нависавшем над раскопом седьмого сектора. Его грубая куртка из оленьей шкуры была подбита изнутри плотным войлоком — дефицитным товаром, который Комитет Новой Индустрии выдавал только инженерам первой категории. В руках он держал латунный теодолит — механическую гордость Второго Человечества. Его цивилизация только-только научилась заново плавить качественную оружейную сталь, собирать первые громоздкие паровые тракторы и передавать сигналы с помощью искровых радиостанций Маркони. Люди только-только начали поднимать голову, отрывая взгляд от плуга и земли.
Прямо перед Каэлом, пробивая вековую толщу наносного грунта, глины и переплетенных корней деревьев, вздымалась титаническая стена. Геометрически безупречный, серый массив уходил ступенями вверх, теряясь в низких зимних облаках.
Для всего племени, жившего в долине, эта рукотворная гора была Оком Мира. Местом обитания невидимых Кремниевых Богов, которые, согласно священным песнопениям старейшин, двенадцать тысяч лет назад подарили людям этот мир, забрали у них «лишние слова», чтобы избавить от гордыни и боли, а сами превратились в стальных птиц и улетели к далеким солнцам.
— Каэл! Давление в котле падает! — снизу, из грязной траншеи, донесся хриплый крик его помощника. — Насос не выгребает жидкую грязь! Перезапустить поршни?
— Сбавь обороты на четверть, Брен! — крикнул Каэл, не отрывая взгляда от окуляра теодолита. — Нам нельзя допустить кавитации. Мы наткнулись на плотный слой.
Каэл спустился по обледенелым деревянным ступеням на дно раскопа. Здесь, на глубине двенадцати метров от уровня лесной подстилки, паровая драга Второго Человечества — громоздкий, изрыгающий черный угольный дым монстр из клепаного железа — бессильно скрежетала своими стальными зубьями по чему-то абсолютно гладкому. Это была не порода. И не бетон Зиккурата.
Каэл взял тяжелую кирку, оттолкнул Брена и с силой ударил по обнажившемуся пласту. Инструмент отскочил с сухим, колокольным звоном, оставив на металле лишь крошечный белый след от выкрошившегося камня. Каэл опустился на колени, лихорадочно сметая рукавом ледяную крошку и серую уральскую глину.
