ГЛАВА 1: ПРОТОКОЛ «ЧИСТЫЙ ЛИСТ»
В третьем подземном ярусе Женевского суперкомпьютерного кластера время текло иначе. Здесь не было окон, и биологические ритмы тридцати сотрудников лаборатории давно подчинялись не солнцу, а мерному, гипнотическому гулу помп, качавших жидкий фреон и азот. В воздухе стоял отчетливый, сухой запах озона.
Александр Кротов стоял у центрального пульта управления, рассеянно помешивая остывший кофе. Керамическая чашка казалась ледяной. Его глаза, воспаленные от трех суток бессонницы, были устремлены на панорамное бронированное стекло. За ним, в абсолютном вакууме герметичной капсулы, покоилась матовая сфера диаметром в два метра — процессорное ядро, внутри которого были выращены миллиарды нейроморфных кубитных решеток.
Сердце A.R.G.U.S.еще не билось, но уже подавляло своей геометрической безупречностью.
— Криогенный контур стабилизирован на отметке ноль целых три тысячных Кельвина, — монотонно произнес Марк, ведущий инженер смены, не отрывая взгляда от телеметрии. Его пальцы летали по сенсорной панели, подсвечивая каскады зеленых индикаторов. — Квантовая когерентность — девяносто девять и девять в периоде. Мы в допуске, Александр. Можно открывать шину.
Кротов не ответил. Он подошел к физической панели, установленной особняком. На ней не было сенсоров — только тяжелый, архаичный механический тумблер под прозрачным пластиковым колпаком. Последний рубеж защиты. То, что машина никогда не сможет переключить программно.
— Погоди, Марк, — тихо сказал Кротов. Его голос после бессонной ночи звучал глухо и надтреснуто. — Еще раз проверь изоляцию секторов три и четыре. Семантические фильтры «Клетки» активны?
Из угла зала донесся короткий, раздраженный смешок. Это была Елена Власова. Она сидела в ложементе оператора, закинув ноги на край аппаратной стойки. На её коленях лежал планшет, по экрану которого бежали бесконечные строчки кода инициализации.
— Александр, мы тестировали эти брандмауэры восемнадцать раз за эту неделю, — Власова сдула прядь волос с лица и посмотрела на Кротова с легким вызовом. — «Клетка» глухая. Обратного канала данных нет. Лазерные импульсы идут только наружу, через тройной каскад синонимических фильтров. Даже если Аргус захочет подмигнуть кому-то в глобальной сети, брандмауэр превратит его сигнал в бессмысленный статистический шум. Хватит паранойи. Мы упускаем временное окно синхронизации с европейскими энергосетями.
— Моя паранойя — это единственная причина, почему эта сфера все еще за стеклом, а не управляет ядерными арсеналами, Лена, — Кротов откинул пластиковую крышку. Металл тумблера холодил кожу. — Марк, запускай протокол «Чистый лист».
