Объявление висело на Авито уже три часа, а я не могла перестать на него смотреть.
«Корги, мальчик, 3 месяца, отдам в добрые руки бесплатно. Срочно. Только без жестокости»
— Это или развод, — сказала я пустой комнате. — Или щенок с характером. Или смесь с кем-то огромным.
Фотография была отвратительная: смазанная, тёмная, снятая на телефон, которому давно пора на пенсию. Но сквозь пиксели пробивалось что-то рыжее, пушистое и совершенно нелепое. Уши у щенка не стояли — висели лопухами по бокам круглой головы. Он напоминал лисёнка. Или одуванчик. Или существо, которое специально создавали, чтобы разрушать жизнь и брать её за мягкое место.
Я увеличила фото и увидела глаза.
Большие, тёмные, с каким-то странным выражением — будто щенок знал что-то, чего не знала я.
— Ерунда, — пробормотала я и открыла новую вкладку.
Зачем-то вбила в поиск: «легенды о корги».
Интернет, как обычно, знал всё. Что корги любят поесть, что они упрямые, что их обожала английская королева. А в самом низу нашлась одна странная заметка, которую я бы ни за что не открыла, если бы было чем заняться.
Но заняться было нечем.
«В валлийской мифологии корги считались боевыми скакунами фей. Маленький народец использовал их для верховой езды, охоты и сражений. Следы от упряжи навсегда остались на шерсти корги — белые полосы на спине».
Я фыркнула.
— Бред. Красивый, но бред.
Вкладку я не закрыла. И в голове, совсем некстати, всплыл бабушкин голос — хрипловатый, папиросный, который я не слышала уже восемь лет.
«Аля, смотри, у этого пса на холке — волк. Видишь? Белое пятно, а в нём — морда. Воет, родимый, к луне тянется. Такие собаки приходят в мир, когда что-то должно случиться. Им положено вырастать большими. Очень большими. Запомни».
Я тогда засмеялась. Бабушка вообще была странной: говорила про сны, про знаки, про то, что мёртвые иногда приходят попрощаться. Родителей я почти не помнила, так что бабушка была и мамой, и папой, и всеми остальными сразу. Я любила её и думала, что возраст и одиночество делают с людьми странные вещи.
А потом бабушка умерла, и дальше я как-то справлялась сама.
— Точно бред, — повторила я тише, но объявление закрывать не стала.
Вечером я написала продавцу.
«Почему бесплатно?»
Ответ пришёл через минуту.
«Хозяин умер. Наследникам не нужен. Заберите, пожалуйста. Я должен уехать».
Это чувство я знала хорошо: когда тебя перекладывают, как ненужную вещь.
«Я забираю», — напечатала я. — «Когда можно приехать?»
«Завтра в шесть вечера. Парк на окраине, у старой ротонды».
Странное место для передачи щенка. Но я уже думала не о странностях, а о рыжем комке, который, возможно, будет ждать меня дома.
