Я еле выползла из душа, доползла до комнаты и легла на кровать. До отъезда на соревнования оставалось всего пару дней, и Леон Крайс гонял нас на тренировках забыв о всякой пощаде.
Так и жили – днем выкладывались в зале и на стадионе, а ночью нагоняли программу по остальным предметам. Хорошо хоть соревнования выпадали на каникулы, и можно было не переживать, что после придется поселиться в библиотеке, чтобы закрыть долги.
Странно, мы вроде на тренировке договорились с Эриком, что вечером будем заниматься вместе, он обещал мне объяснить кое-что, и где он?
Я приоткрыла глаза и посмотрела на часы. Ну точно, уже должен был подойти. Может, я что-то перепутала, и он ждет меня у себя в комнате или в библиотеке?
Я с трудом поднялась, натянула на себя форму, взяла стопку учебников и уже направилась к двери, когда услышала звонок магифона.
– Да.
– Доченька, я тебя не разбудила?
– Нет, – хмыкнула я. Ну да, мама меня явно судит по Сабрине.
– Николь, я хотела спросить…
– Нет, не передумала, – перебила маму я.
– Ты даже не знаешь, о чем я хотела поговорить!
– То есть я не угадала? Не о том, чтобы я отказалась о участия в соревнованиях?
– Об этом, – послышался вздох по другую сторону магифона.
– Ну вот. Нет, мам, я не передумала. Неужели вы так не хотите меня видеть?
– Очень хотим. Мы очень хотим, чтобы ты приехала на эти соревнования. Но только как болельщик.
– Болельщик за кого?
– Ну… – задумалась мама. – Хочешь, за брата. Хочешь, за свою академию. Но только не как участник.
– Мам, я буду участвовать. Моя команда в меня верит, в отличие от вас, и я не могу их подвести.
– Так мы тоже в тебя верим! Мы просто переживаем…
– Все мам, мне пора. Скоро увидимся.
И я отключила магическую связь, осознавая правдивость моих слов. А ведь мы и правда скоро увидимся. Семья воссоединится, так сказать...
Я даже головой потрясла, стараясь отогнать от себя эти мысли, а потом все-таки вышла из комнаты и пошла к спальне Эрика. Хоть бы он был там, до библиотеки я сегодня точно не дойду. Пятидесятый круг по стадиону добил мои ноги.
Пока я шла, мне навстречу попалось несколько горничных, а это могло значить лишь одно: намечаелась генеральная уборка.
Я невольно поежилась, ведь где уборка, там фирты. В прошлый раз их выпустили в коридоры, чтобы они отмыли холл. А чтобы студенты не испугались, сделали это ночью.
Я улыбнулась, вспомнив, как тогда орала. Ведь мы уже тогда либо занимались до ночи, либо сидели в библиотеке. Ректору потом пришлось литр успокаивающих зелий выпить...
– Николь! – орал он. Именно орал. – Я уже так привык, что с тобой что-нибудь случается, что пока сюда бежал, успел надумать самое плохое!
