Светлой памяти человека,
чья доброта и сила тихо меняли мир вокруг.
В нём было больше доброты, чем слов,
и больше силы, чем он показывал.
Его присутствие было опорой,
а его имя — честью.
Его тепло — с нами,
в каждом выборе и в каждой строке.
Глава 1. Учения в холодном секторе
Система Арктурион, окраинный узел внутреннего оборонительного пояса, никогда не славилась уютом. Её третья планета, безжизненный каменный шар с разреженной атмосферой из углекислоты, служила удобным фоном для тактических учений — достаточно пустынная, чтобы не жалеть о случайных попаданиях, и достаточно удалённая от магистральных коридоров, чтобы никто не жаловался на помехи гражданскому трафику.
Флагманский корабль адмирала Астреи Веги, тяжёлый крейсер «Несгибаемый», занимал позицию в двадцати тысячах километров от планетоида, обозначенного на картах учений как «Цель-Альфа».
Вокруг него, выдерживая строгую диспозицию, рассредоточились остальные корабли оперативной группы: два эсминца прикрытия, лёгкий авианосец дронового звена и три корвета быстрого реагирования.
Всего девять вымпелов, включая флагман. Ничтожная сила по меркам флота Солнечного Союза, но для Астреи — отлаженный механизм, каждый винтик которого был проверен в дюжине учебных и двух реальных боевых кампаниях.
— Время до начала фазы два — три минуты, — голос Рафаэля Хана, её заместителя, прозвучал в наушнике с привычной спокойной интонацией. — Флот Ордера разворачивает ударную группу у северного полюса цели.
Астрея не обернулась на его голос. Она стояла перед главным тактическим голографическим экраном, скрестив руки на груди, и вглядывалась в россыпь светящихся отметок.
Синим светились свои корабли. Красным — условный противник, роль которого исполняла эскадра из соседнего сектора под командованием контр-адмирала Вернона. Серыми пунктирами тянулись расчётные траектории, зелёными конусами — зоны поражения бортовых орудий.
— Третья корветная группа докладывает о стабильном захвате целей, — добавил Хан. — Противник пытается глушить связь на узких частотах.
— Стандартный протокол, — Астрея, наконец, повернулась. — Рафаэль, передайте на «Молнию» и «Шквал»: переход к автономной тактике по обстановке. Им нечего ждать подтверждения с флагмана в ближнем бою.
— Есть.
Хан, мужчина лет сорока с коротко стриженными тёмными волосами и жёсткими залысинами, уже тянулся к коммутационной панели. Его пальцы двигались быстро, без лишних движений — отработанная годами совместной службы синхрония. Он не переспрашивал, не уточнял. Потому что просто знал: адмирал не бросает слов, и тем более приказов, на ветер.
