Шел дождь. Не сильно, но как-то противно так моросил. Было немного зябко. Не столько от холода поздней осени, сколько от общего вида слякоти после растаявшего снега, немного побелившего землю за последнюю ночь. Начало ноября. Зима напомнила о своем приходе, но осень еще брала свое.
Карина, выйдя из машины, в которой было довольно тепло, слегка потерла свои руки. Тонкое осеннее пальто явно не подходило под такую погоду, собственно, как и невысокие сапожки на высоком каблуке.
– Товарищ майор, – позвал ее молоденький опер Васенька. Так мило ребята оперотдела прозвали новичка. – проходите сюда. Второй этаж, квартира шесть.
Карина не торопилась. Хоть стаж работы за плечами был немалый, более десяти лет, она никак не могла привыкнуть к тому, что приходилось ей видеть довольно часто.
Выпрямив спину, что придавало больше ей самой уверенности, чем ее виду, она взяла себя в руки.
– Следователь Кирсанова Карина Юрьевна, – представилась она, показав свое удостоверение, остановившему ее у двери квартиры незнакомому сержанту.
– Карин, проходи сюда. – из комнаты донесся знакомый голос капитана Головина. – Оцени. Тут немного темновато, одна лампочка в люстре.
– И тесновато, я смотрю. – в комнате действительно было тесно из-за нагромождающей ее мебели. – Что у нас тут?
– Труп.
– Это понятно.
– Удар по голове. Вот этим предметом. – капитан дал в руки Карине пакет, в котором лежало что-то непонятное, но довольно увесистое.
– А что это?
– Вот это нам предстоит понять самим.
– Понятно, что ничего не понятно. – Карина отдала пакет эксперту.
– Чижов Игорь Иванович, тридцать лет. Проживал тут с женой и
ребенком. – докладывал капитан. – Но на этом сюрпризы не
заканчиваются. Собственно, тот, кто довел Игоря Ивановича до такого состояния, сидит рядом, вон в той комнате. Гриша уже беседует с ним. Можешь присоединиться, пока мы тут закончим.
Карина прошла по коридору в указанную Головиным комнату.
– Товарищ майор. – привстал старлей.
– Гриш, продолжай. Я рядом послушаю.
– Значит, Вы утверждаете, что Чижов ежедневно избивал свою жену,
то есть Вашу сестру.
– Да. Я приходил к нему каждый месяц. Угрожал, сознаюсь. А как бы Вы поступили на моем месте?
– Мы сейчас говорим о Вас. – поправил Григорий своего собеседника.
Перед ним сидел мужчина лет тридцати пяти. Высокий, накаченный. По всему виду было понятно, что в прошлом участник боев.
– Вы воевали? – спросила Карина.
– Да, в двадцать втором, в двадцать третьем. Потом инвалидность. Но ничего серьезного, просто правая рука немного…
– Понятно.
– Но я не убивал этого зверя. Хотя, соглашусь, желание было, и не маленькое. – Мужчина сжал кулаки, но при этом скрестил руки между собой. Знак защиты. – Ударил. По лицу ударил. Но после того, как он замахнулся на меня ножом. Разговор у нас не получился. Раньше как-то получался. – Мужчина стал обращаться к Карине. – Он знал, что я могу и калекой оставить. Сто раз ему говорил: «Не тронь Ирку с мальцом». Нет, придумает какую-нибудь про нее историю и давай бить. На глазах пацана. На глазах соседей. А те не суются уже. Участковый знает. Не раз писали заявление. Ничего не делает.
