Что делать, если твой любимый — Змей-Горыныч?
Глава первая. Первая встреча
Край, о котором речь, на картах не значился. Ни в летописях киевских, ни в грамотах новгородских, ни в хрониках иноземных его не сыскать. Жил тот край сам по себе — никому не мешал, и его не трогали. Леса стояли стеной: сосны в три обхвата, ели мохнатые, берёзы белоствольные, что девицы в хороводе. Меж лесов речка вилась — студёная, прозрачная, рыбная, по берегам ивняк да ольшаник. А за речкой, на взгорке, лепилась к земле деревенька в три двора — Малые Лопухи.
Почему Лопухи? А лопухов там росло — видимо-невидимо. Лист с тарелку, корень с добрую репу. Старики говаривали: сам Велес проходил этим краем, тряхнул гривой — и посыпались семена заморские. Врали, может, но лопухи и впрямь были знатные. В жару от них тень спасительная, в дождь — крыша над головой, а корень, особым способом томлённый, давал вкус сладковатый и силу телу немалую.
В тех Малых Лопухах и жила наша героиня — девица по имени Забава.
Мать её, покойница Степанида, когда дочь рожала, так кричала, что вороньё с окрестных деревьев поднялось. А взяв младенца на руки, глянула в сморщенное красное личико и рассмеялась сквозь слёзы: «Ох, и забавная ты! Вся в бабку — та тоже поперёк всех шла». Так и пристало.
Степанида ушла в Навь рано, когда дочери едва двенадцать вёсен минуло. Застудилась на реке — прорубь чистила для стирки, слегла в горячке и за три дня сгорела, как свечка воску ярого. Забава осталась одна-одинёшенька, в избе на краю деревни, у оврага. Изба была добрая, на две половины, с печью русской, что полдома занимала, с полатями широкими. В красном углу темнела икона — Богородица с младенцем, лики тёмные, а глаза живые, глядят с укоризной и лаской пополам.
Соседи сперва охали: как же девка одна? Пропадёт. То ли волк задерёт, то ли лихой человек обидит, то ли сама с тоски зачахнет. Ан нет. Забава оказалась справной: и огород держала, и кур кормила, и пряла так, что нитка звенела, и в лес ходила не хуже бывалых баб. А главное — нрав имела. Не строптивый, а самостоятельный. Слово молвит — как гвоздь забьёт.
Собой она была не то чтобы красавица писаная, каких в сказках описывают. Обычная славянская девица — статная, плечистая, с сильными от работы руками, но при том всё при ней ладно скроено. Коса русая, толстая, ниже пояса — в деревне завидовали, говорили, такой косой коня привязать можно. Когда Забава улыбалась — а улыбалась она нечасто, всё больше по делу, — на круглом подбородке проступала ямочка, и лицо делалось совсем девчоночьим, и видно было: не такая уж она суровая, какой хочет казаться.
