Многоликий не очень любил кофе на ночь, оно все-таки прогоняло сон. Внутреннее беспокойство и так не даст ему уснуть, но теплое молоко с медом могло бы ему помочь. Он достал из серванта турку, задумчиво налил в неё молока, чертыхнулся и подошёл к электроплитке. «Зачем я испачкал турку, когда есть микроволновка? А мыть придётся самому и турку, и чашку». За окном наметала метель.
Завтра ещё и снег чистить. Привычно проворчал про себя Многоликий. Потёр щеку и сменил цветное лицо на чёрно-белое. Внутреннее ощущение ожидания чего-то не проходило. Вглядевшись вдаль через окно, заметил, что антенна кабельного телевидения крутится не хуже настоящего флюгера. Может, отсутствие ТВ в ближайшую неделю вызывает смутное беспокойство? Прислушался к себе… Нет, не оно, должно быть что-то ещё.
Он подошел ближе к окну. Что-то неправильное было в привычном пейзаже. Тёмный силуэт, формой похожий на сугроб, и когда успело столько намести, переместился и замер. Многоликий насторожился, вспомнил, где лежит бейсбольная бита. Сугроб ещё несколько раз перемещался и замирал. Пока не приблизился к окну. Близко-близко. Женская рука в чёрной длинной перчатке вылетела из сугроба и постучала настойчиво в окно. Тук-тук-тук. Окно задребезжало. Очередной порыв ветра снёс верхушку сугроба, открыв симпатичное женское лицо и растрёпанные тёмные волосы. Девушка будто опомнилась и натянула капюшон обратно. Через стекло на него смотрели умоляющие грустные глаза. Многоликий всё понял, показал рукой в сторону входной двери и пошёл открывать. Попутно меняя лицо на беспечно-дружелюбное. Немного подумав, он зажал нос, резко выдохнул и отрастил волосы длиной до мочек ушей. Так он не напугает незнакомку. Подойдя к двери, он убедился, что бита по-прежнему лежит на полке, заваленной грудой шапок и перчаток, которые давно никто не носил. Они были скорее антуражем и прятали то, что можно быстро и тихо выхватить. Он повернул барашек замка и приоткрыл дверь. Дверь распахнулась, и замёрзшая незнакомка влетела в дом птицей. От неожиданности он даже крякнул.
– Закрывай скорее! – воскликнула она в тщетных попытках стряхнуть снег с шубы. – Привет. Меня зовут Гамаюн. А тебя?
– Гаю… Что?
– Зови меня Галей, – ответила она. Шуба в тепле успела оттаять, чёрный мех слипся перьями.
– Можно у вас переночевать, я заблудилась?
Такой поворот, судя по погоде, был ожидаем. Многоликий кивнул, молча помог Гале снять шубу, осмотрел украдкой со спины то, что под ней скрывалось, и проводил её на кухню пить теплое молоко. А что ещё делать ночью с девушкой в пургу? Нести пургу. И почему мне так везёт? – задал он сам себе риторический вопрос и все равно ответил себе. – Потому что я красавчик! Частая смена личин не беспокоила нашего героя, когда он был один или среди привыкших к этому людей. Но вот подмерзшая гостья может и не понять.
