В избе было тихо, только чайник на печи посапывал, да огонёк свечи колыхался от их дыхания.
Домовой Игнат, закутанный в стёганый халат, из-под полы, которого торчали два забавных, непарных носка, сидел развалившись в кресле.
Напротив, на чурбаке, восседал Банник – коренастый, пропаренный насквозь дух, от которого пахло дубовым веником и мокрым камнем.
Прихлёбывая чай из жестяной кружки с надписью "Советская Армия" и разминая мозолистую пятку, Банник продолжил начатый разговор:
– И всё-таки, Игнат, не пойму я твоей привязанности к этим… лохмотьям. Смотри-ка, у тебя же палец наружу глядит. Не по-хозяйски это! Наш брат, домовой дух, должен солидно выглядеть. У меня вот – лапти, из лыка, всё как положено, а у тебя?!
– Это, брат Баня, не лохмотья. Это, можно сказать, философия. Вся суть бытия домового тут, в этой дыре. – Игнат с достоинством провел ладонью по правому носку и показал на протёртое место, на большом пальце. – Вот гляди: бытие стремится наружу, к познанию сквозняков и тайн подполья, а я его тут, в тепле и уюте, удерживаю. Баланс.
Баня проследил за указательным пальцем друга и его взгляд упёрся в потолок.
– Баланс, – фыркнул банник, – у тебя один носок толще другого, а ещё левый-то, как мешок болтается!
– А, это – вместилище! – торжественно провозгласил Игнат, запуская руку в просторный левый носок и с шумом вытаскивая оттуда гладкий голыш. – Вот, к примеру, камень. Казалось бы, бессмыслица, ан нет! Для почесать пятку – смысл. Для грелки – смысл. А вот, главный смысл в том…,– он загадочно понизил голос – …что он здесь. Мой. В моём носке. В моём доме. Вся вселенная, брат, иерархаична: камень в носке, носок в доме, дом в моих руках и я на вершине этой пирамиды, в тёплых носках.
Банник, почесал в задумчивости бок. Хмыкнул и спросил :
– Гм… А если носки сносить совсем? Дыра на дыре? Исчезнет твоя вселенная, что ли?
Игнат усмехнулся, положил себе под язык кусочек сахара, запил чаем, крякнул от удовольствия и продолжил:
– Дурак, ты Баня! Не исчезнет. Она преобразуется. Станет вентиляцией или сеткой для ловли лунных зайчиков. Или… памятником усердной службе. Или…да вариантов много – пространственные вариации бесконечны.
Банник задумчиво покрутил свою кружку. Оторвал взгляд от потолка, посмотрел на причудливые очертания носков Игната, на свои лапти:
– Значит, выходит, смысл моего бытия – лапти?
Игнат важно кивнул:
– А смысл лаптей – париться, а смысл париться – чтобы потом с чувством выполненного долга чай пить. Вот и весь круговорот смыслов в деревенском хозяйстве.
Они молчали, попивая чай. За окном скрипела старая берёза.
