Лето 2066 года выдалось в Санкт - Петербурге на редкость тёплым и спокойным, и прогноз обещал столь редкую в этом граде стабильность температур. В этот день, воздух над северной столицей был особенно прозрачен и чист, словно кто-то гигантской рукой стёр с небосвода всю городскую пыль. В кабинетах Института Дальних Горизонтов, несмотря на открытые окна, всё равно пахло озоном, кофе и старой бумагой — этот запах был неизменным спутником настоящей науки.
В кабинете профессора Дмитрия Петрова царил рабочий беспорядок, который постороннему глазу показался бы хаосом, но для хозяина сего места, в работу вступала, та самая крылатая фраза, о гении, что как раз таки господствует над хаосом. На огромном экране во всю стену мерцала трёхмерная проекция звёздной карты. Красная пульсирующая точка обозначала планету К16 отдаленной соседки K2-18b в созвездии Льва — цель будущей экспедиции.
Дмитрий Дмитриевич, худощавый мужчина с цепким взглядом и ранней сединой, которую он категорически отказывался закрашивать, нервно постукивал стилусом по столу. Он ждал. Часы на стене показывали 14:03, а в 14:05 должна была прийти она.
Дверь распахнулась без стука. На пороге стояла Алена Летаева его лучшая ученица. Её золотистые волосы, как всегда, были собраны в небрежный хвост, из которого выбилось несколько прядей. В джинсах и простой белой футболке она совсем не выглядела человеком, защищающим кандидатскую.
— Дмитрий Дмитриевич! Я... я защитилась! — выдохнула она, сияя глазами ярче любой звезды на карте.
Петров поднялся из-за стола. Его лицо, обычно строгое и сосредоточенное, расплылось в широкой, почти мальчишеской улыбке.
— Я знаю, Аленушка! Я всё знаю! Поздравляю! — он шагнул к ней и крепко обнял. От него пахло табаком и дорогим парфюмом.
Алена отстранилась, всё ещё не понимая, почему куратор так взволнован. Обычно после защиты он ограничивался сухим «Молодец» и новой кипой задач.
— Но это ещё не всё, — Петров хитро прищурился и театральным жестом взмахнул рукой в сторону голограммы. Звёздная карта сменилась официальным документом с гербом РОСКОСМОСа.
Алена подошла ближе, вчитываясь в строки. Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой.
— Не может быть... — прошептала она.
— Может! И не просто может — это уже свершившийся факт! — торжественно объявил профессор. Его голос звенел от гордости.
— Экспедиция «Жизнь на Кей» официально утверждена Советом. Набор экипажа открыт. Требуется двадцать семь человек. Лучших из лучших.
Алена почувствовала, как по спине пробежал холодок восторга. «Жизнь на Кей». Та самая миссия. Полёт к экзопланете K16, потенциально обитаемому миру в ста двадцати четырёх световых годах от Земли. Это экспедиция являлась, рубиконом космических исследований, настоящим прыжком человечества в вечность бесконечного космоса.
