Глава 1.
Ольга прислонилась к металлическим поручням, скрестив руки на груди, и наблюдала, как медленно закрываются двери лифта. Андрей стоял рядом, скучающим взглядом рассматривая себя в зеркало.
В последний момент перед закрытием в лифт успел заскочить рыжий парень, и двери вновь начали медленно открываться. Этот лифт устроен так, что стоит кому-то или чему-то проскочить между дверями, они открываются полностью, а потом снова медленно закрываются.
Ольга ненавидела эту функцию и вздохнула.
Рыжий слегка смущенный и даже напуганный, опустил глаза и резко повернулся спиной, встал у самых дверей, приготовившись быстро выбежать на своем этаже.
Ольга отметила, что у него интересная внешность: светло-карие глаза, рыжие волосы и веснушки на лице.
Ольга пихнула Андрея локтем. Тот усмехнулся.
Так они сказали друг другу: «Новенький».
На парне красовалась голубая куртка, великоватая по размеру, с большим оранжевым кругом на спине и логотипом «ОХ» в центре. Такие куртки носили все космонавты, работающие здесь.
Основатель этой «космической державы» – отец Ольги, Олег Харитонов. Мечтатель, который начал строить свою империю сразу после окончания ракетостроительного института. Западные газеты называли его «российским Илоном Маском».
По злой иронии судьбы, сама Ольга, мечтавшая о полете в космос с пятилетнего возраста и имеющая отца – основателя космической корпорации, работала в Центре управления полетами. Ее мечтам суждено было разбиться о слабый вестибулярный аппарат.
Когда паренек вышел, а точнее выбежал, на десятом этаже, и Андрей нажал на кнопку закрытия дверей, Ольга сказала:
– Неделя, максимум две.
Отец всегда говорил, что главное – это не финансовые ресурсы, а человеческие. Поэтому он нанимал только лучших из лучших. Попасть сюда почти невыполнимая миссия, а это только полдела – выдерживают нагрузку всего пять процентов вновь пришедших.
У Ольги и Андрея, проработавших в Центре уже около десяти лет, сложилась своя традиция – делать ставки на новеньких: кто сколько продержится, прежде чем уйдет добровольно или получит увольнение.
– Да ладно тебе, Оль,– ответил Андрей. – Неделя? Ты такая жестокая. Я даю два месяца.
Ольга лишь хмыкнула. Обычно она выигрывала в этой странной игре.
Она была уверена, что этот рыжий парень сам уйдет, и даже со слезами на глазах. Максимум через две недели.
*
– Ты мне должна тысячу рублей, – Андрей присел на край ее стола.
Рабочий день почти закончился. Ольга сняла наушники с микрофоном, положила их на стол. За стеклом, которое заменяло всю стену целиком, уже стемнело, начинали загораться первые звезды. Здесь, вдали от большого города, над огромной бетонной площадью космодрома, их было особенно хорошо видно. Это, пожалуй, был самый главный плюс, который Ольга находила в своей работе.
