ВОЙД ВОЛОПАСА
Книга первая
ПРОЛОГ: ПЕРВЫЙ ПОСЕВ
I. Стерильность камня и абиотический гул
Тишина над миром была абсолютной. Это не была тишина спящего леса или безмолвие пустыни — это была мёртвая, лишённая привычного биологического шума пустота, существовавшая до появления самого понятия «звук». Здесь не было ни шелеста листвы, ни стрекота насекомых, ни дыхания зверя. Только первобытный гул стихий: тектонический рокот остывающей коры и свист тяжёлых газов в расщелинах.
Создатель замер, вглядываясь в облик планеты, которой суждено было стать очередной колыбелью Его замысла. Перед Ним раскинулся мир позднего Катархея — застывший, величественный и пугающе пустой, ожидающий великого превращения из геологии в биологию.
Стерильность этого ландшафта подавляла всякое воображение. Поверхность планеты представляла собой бесконечные поля застывшей базальтовой лавы, чьи чёрные волны напоминали замёрзший океан гнева. Они перемежались острыми, как бритва, пиками гранитных массивов. Эти горы ещё не знали мягкой эрозии от лишайников или влаги; они были первозданно резкими, обнажая истинный цвет камня — антрацитово-чёрный и ржаво-красный от колоссальных залежей окислов железа.
Из глубоких трещин в коре, уходящих к самому сердцу планеты, с шипением вырывались струи перегретого пара. Оседая на мёртвых камнях, они оставляли после себя толстый слой солевого налёта, сверкающий в неверном свете молодого солнца. Углерод — строительный материал будущих империй — ещё не был связан в сложные органические цепочки. Он существовал лишь в виде растворённого в океане углекислого газа и редких графитовых вкраплений в породе, ожидая того, кто вдохнёт в него смысл.
II. Небо четырёх лун
Атмосфера была плотной и вязкой, словно невидимый кисель, сдавливающий поверхность. Состоящая из азота, диоксида углерода и паров воды с едкой примесью метана и аммиака, она обладала странным, зловещим зеленовато-жёлтым оттенком. Отсутствие свободного кислорода означало отсутствие озонового слоя, и жёсткое ультрафиолетовое излучение прошивало воздух насквозь, делая оптические эффекты невероятно резкими.
Над горизонтом, в этой плотной дымке, доминировали четыре луны. Они висели на идеально рассчитанных стабильных орбитах, казались огромными и пугающе близкими. Их края, лишённые атмосферы, были отчётливо видны невооружённому глазу, а поверхность, ещё не истерзанная массированными бомбардировками астероидов, оставалась гладкой и девственной, словно чистые холсты, ожидающие первых мазков космической истории. Звёзды в этом небе не мерцали — они горели ровным, колючим светом, пронзая стратосферу холодными иглами фотонов.
