Рикард терпеливо ждал приглашения войти внутрь. За долгие годы в изгнании у него не оставалось иного выбора, кроме как научиться безграничному терпению. И он об этом не пожалел. Жалость была ему незнакома. По крайней мере, в этом он себя убеждал. Ведь люди редко осознают свои слабости, а эту он считал непростительной.
«С чего вдруг он вернул меня?» – всплыл в его голове вопрос, в который раз за последнюю неделю, пока он добирался до столицы. Будучи бывшим военачальником, ближайшим советником и другом короля, он мог представить парочку ответов на этот вопрос. Но гадать Рикард не привык, предпочитал всегда действовать по обстоятельствам, какими бы они ни были, и принимал любую превратность судьбы как часть своего невероятно долгого и тернистого пути.
Рикард в который раз оглядел массивные двустворчатые двери, покрывшиеся многочисленными трещинами. Его удивляло, как они до сих пор не рассыпались. Края дверей были обрамлены кованым каркасом из золота, почерневшим от старости.
Всё в королевском дворце Солонета, сердце Аттавы, дышало древностью как сама жизнь. Рикарда всегда завораживало, как прочны самые старые вещи в мире. В их числе, в каком-то смысле, был и он сам. Ему пробило больше века, но выглядел он всё на те же сорок с небольшим. Он смахнул с лица темные коричневые волосы, так и норовившие залезть в глаза. Повязок не терпел, но и стричься слишком коротко тоже не желал. Он поправил густые бакенбарды, слегка пригладив их. Несмотря на свой дерзкий нрав, этот грозный воин всегда старался выглядеть достойно титула лорда, хоть в сей момент и был лишён всяческих титулов.
Исполинские двери скрипнули, и взору Рикарда открылся тронный зал. В проходе образовался камергер, кивком призывая военачальника войти. Он шагнул вперед, медленно, с достоинством. Стража, возвращая двери в прежнее положение, уважительно поприветствовала его. Он ответил им тем же.
Глубокий вдох. Он и не наделся увидеть этот зал снова. Помещение было столь объемным, что при желании в нем без труда разместилась бы небольшая армия в придачу с конницей, а возможно даже и парочка осадных орудий. Дворец возвышался в центре города, а тронный зал венчал его, располагаясь на верхнем этаже. Три стены почти целиком состояли из высоких окон, открывая панораму столицы.
Король с супругой стояли у окна, погруженные в спор. Он смотрел вниз на город, в то время королева пыталась ему что-то разъяснить. Грозное эхо разносилось по тронному залу, но слова таяли, не успев достигнуть уха Рикарда. Король внезапно махнул рукой, что означало – разговор окончен. Королева резко развернулась и направилась в сторону выхода навстречу Рикарду.
