Здесь будет текст позже. Хочу удалить тот, что был опубликован, но не знаю как!
воскликнул с явным удовольствием Джонс. – Даже лучшим из нас свойственно ошибаться. Конечно, эта телеграмма может оказаться ложной тревогой, но мой долг инспектора Скотленд-Ярда не упускать ни одного шанса. Я слышу шаги. Возможно, это Холмс.
На лестнице послышалось тяжёлое шарканье ног, сильное пыхтение и кашель, как будто шёл человек, для которого дышать было непосильным трудом. Один или два раза он останавливался. Но вот наконец он подошёл к нашей двери и отворил её. Его внешность вполне соответствовала звукам, которые доносились до нас. Это был мужчина преклонных лет в одежде моряка – старый бушлат был застёгнут до подбородка. Спина у него была согнута, колени дрожали, а дыхание было затруднённое и болезненное, как у астматика. Он стоял, опершись на толстую дубовую палку, и его плечи тяжело поднимались, набирая в лёгкие непослушный воздух. На шее у него был цветной платок, лица, обрамлённого длинными седыми бакенбардами, почти не было видно, только светились из-под белых мохнатых бровей тёмные умные глаза. В общем, он произвёл на меня впечатление почтенного старого моряка, впавшего на склоне лет в бедность.
– Чем можем вам служить, папаша? – спросил я.
Он обвёл комнату медленным взглядом старика.
– Мистер Шерлок Холмс дома? – спросил он.
– Нет. Но я его заменяю. Вы можете рассказать мне всё, что хотели рассказать ему.
