Моя жизнь — это череда сокрушительных разочарований. Холодный ветерок проникал через открытое окошко и тревожил мои локоны, залитые липким лаком с чёртовыми блёстками. Я, Элис из дома Грустной Луны, страдала всю ночь, пытаясь уснуть на бигудях, дабы выглядеть умопомрачительно красиво, а господин Рококо, владеющий лавкой сладостей, смущённо улыбался и рассказывал о том, как сделал предложение цветочнице. Большего унижения и представить себе трудно! Я была растоптана! Три месяца перемигиваний, тайных встреч в парке беснующихся клёнов, скромные подарки и трепетные письма — всему пришёл конец. Я взяла чашку с остывшим чаем и хлебнула от всей души, мысленно проклиная и господина Рококо, на которого положила глаз, и распутницу-цветочницу, посмевшую лишить меня удачного шанса на замужество.
— Ах, Элис! — прошептал мой бывший жених. — Вы же не будете по мне скучать?
— Буду, — со злостью ответила я, дабы господин Рококо проникся ко мне состраданием, но он был слишком счастлив и одарил меня жалостливой улыбочкой. — Прощайте!
Я с гордо поднятой головой поднялась со стула и направилась к выходу, чувствуя, как полыхают щёки и щиплет в глазах от едких слёз. Меня обошла какая-то цветочница! И поскольку моя жизнь повисла на волоске, я решила вытянуть ещё один заговорённый билетик на удачу, поэтому сразу же двинулась к мясной лавке господина Джелибо. Но, кажется, боги решили надо мной жестоко подшутить.
— Ах, Элис! — господин Джелибо всунул мне в руки бумажный свёрток с тонко нарезанными полосками бекона. — Я должен сделать признание!
— Скорее же, — с душевным трепетом в груди поторопила я мясника.
— Я влюбился! И благодаря вашим беседам по вечерам, смог сделать предложение госпоже Рунни из соседнего дома. Ах, Элис, она ответила согласием!
Они, что ли, сговорились против меня с господином Рококо?! Я была слишком учтива с этими болванами. Какое нескончаемое унижение!
— Прощайте! — процедила я сквозь зубы и поторопилась покинуть ненавистную лавку мясника, видимо, придётся питаться одними овощами всю весну.
Моё сердце было разбито! Я одним махом проворонила двух видных женихов с весьма приличным достатком и хорошим положением в обществе. И что мне теперь делать? Мысль о женском монастыре я отмела сразу. Ещё слишком молода и красива, дабы хоронить себя заживо в расписных хоромах богини смерти. Я нервно поёжилась и быстро отвернулась от высоких, серых стен, возвышающихся около причала. Монастырь скрывался за ними, храня свои тайны даже от горожан. И дабы не привлекать к себе взгляд ревнивой богини смерти, я поторопилась по кривой дорожке в Магическую Академию. Из двух зол я выбрала самое меньшее.
