Глава 1.
Где‑то далеко, в альтернативной Вселенной, события, знакомые нам, разворачивались совершенно иначе. Что, если то, что мы привыкли считать злом, где‑то стало добром? А то, что мы любим и называем добром, – напротив, обернулось злом? Что, если всё зависит не от света и тьмы, а от того, чью руку ты держишь, когда вокруг сгущаются сумерки?
В Великобритании, в многоэтажном доме из светлого камня, жила необычная семья. Снаружи самая обыкновенная дверь, аккуратный коврик, почтовая щель, в которую по утрам падали газеты. Но стоило переступить порог, как воздух становился иным, насыщенным магией, уютом и тихим, невидимым счастьем. Глава семейства был не только весьма привлекателен, но и умён, наделён глубокой мудростью, врождённым лидерством, а порой – лёгким юмором и тонким сарказмом. Именно за эти качества его и полюбила самая милая бунтарка с их общего факультета, где они когда‑то вместе учились, хоть и с небольшой разницей в несколько лет. Их пара казалась по‑настоящему гармоничной и счастливой, и даже самые ярые сплетники вынуждены были признать, что рядом с ним она расцветала, а рядом с ней он становился мягче.
Том Реддл, некогда лучший ученик и староста Гриффиндора, теперь занимает весьма влиятельную должность в Визенгамоте. Ну, как влиятельную… Всего‑навсего Верховный Чародей – пустяки, не стоит и внимания. Он носил эту должность так же естественно, как другие носят мантию. В его взгляде читалась не жажда власти, а желание удержать хрупкий порядок, который так легко рассыпается, стоит лишь ослабить хватку. Его супруга, Гермиона Джин Грейнджер-Реддл, прежде активно представлявшая интересы британской молодёжи в магическом мире, недавно ушла в декретный отпуск и теперь с радостью посвящает время домашним заботам. Ожидание рождения ребёнка и бытовые хлопоты приносят ей неподдельное удовольствие. В этом было что-то удивительно земное и настоящее: выбирать детские пеленки с чарами самонагрева, заранее спорить с домовиком о правильной температуре водички для купания, раскладывать крошечные носочки по цветам в новом маленьком комоде. Том всячески поддерживает жену. Он никогда не задерживается на службе и, если требуется, по возможности переносит встречи и дела, чтобы проводить как можно больше времени с любимой женщиной, к которой испытывает глубокую привязанность. Порой, глядя на неё, он не верил, что в мире, полном интриг и угроз, существует это тихое пристанище, где его ждут не как Верховного Чародея, а как мужа. Любимого мужа.
– Я вернусь, как только завершится суд, – тихо произнёс он, оставляя на её губах невесомый поцелуй.
