Лифт мчал к девятому уровню Центра межпланетных исследований. Металлические стены отражали яркий свет солнца, сияющего сквозь стеклянную шахту лифта, вынуждая Алана щурится.
Он в очередной раз, наверное, уже в пятый за это утро, взглянул на часы.
8:15:23.
29.05.2092
«Проклятие!» — подумал он, — «интересно, есть ли кто-то еще, кто назначает совещание и сам же на него опаздывает?!»
Пальцы словно сами собой отбивали неосознанный ритм по правой руке, держащей сумку с ноутбуком. А перед глазами мелькали графики, химические спектры, строки телеметрии.
«Гермес», «Лето», «Эрис-IV» — зонд за зондом, которые они отправляли к Юпитеру и Сатурну. Несколько лет исследований, но у них до сих пор не было никакого ответа — есть ли на газовых гигантах жизнь. Каждый отправленный зонд вместо ответов, приносил новые загадки, с которыми он уже устал бороться.
Лифт замедлился. Алан провёл ладонью по подбородку. Щетина, усталость, глаза щипало — он опять не спал полночи. Дочь что-то пыталась сказать ему утром, но он не понял, что именно. Для него ее речь слилась в один сплошной звуковой шум. А Мари...последние месяцы он видел ее только урывками. Его ранние уходы и поздние возвращения не способствовали их семейной жизни.
Звонкий щелчок. Девятый уровень.
Двери открылись. Перед ним — серый коридор, ведущий к переговорной. Холодный металлический свет. Картины планет и спутников на стенах. Его шаги отдавались глухим эхом в коридоре, словно сам Центр вторил его тревоге.
Алан шёл быстро, машинально, не замечая, как пальцы сжимают ремень сумки всё крепче. В голове путались собственные размышления со вчерашними словами директора Центра. Из-за чего мысли рвались в разные стороны, словно одинаково заряженные частицы:
«Почему спектры «Гермеса» и «Лето» не совпадают даже по фазам?!».
«Мы слишком много денег потратили на ваши вопросы»
«Может быть, след аммиака быть метаболическим следом?»
«Я сокращаю вашу программу! Вы слишком долго возитесь!
Он миновал дверь лаборатории систем анализа, прошел мимо проекционного зала, в чьей толще медленно вращалась голограмма Сатурна.
«А Сатурн? Повторяющийся выброс сероводорода, один и тот же состав, в одно и то же время уже несколько недель...»
«Принесите мне ответы или вернетесь преподавать!»
Алан остановился. Стекло переговорной, словно зеркало, отражало его лицо. На котором была усталость, сомнения и что-то ещё. То, чего он сам в себе давно не хотел признавать — может быть страх, что они действительно ничего не найдут. Что после пяти лет работы — только пустота, а на гигантах ничего нет?! Ни жизни. Ни бактерии. Ни даже сформулированного вопроса, на который они хотят найти ответ.
